Секретарь парткомаТекст

Оценить книгу
0,0
0
0
Отзывы
120страниц
2019год издания
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Глава 17

Пока он болел, в совхозе началась заготовка кормов. Сено ещё не косили, но клевер подрос, и его закладывали на силос. Погода эти дни стояла жаркая, поэтому ребятишки каждый день купались на деревенском пруду. Вова с Надей тоже ходили купаться. Пруд был мелкий и находился не далеко от клуба. Вероника часто по пути в клуб контролировала детей. Но, в один из дней, вечером, у Нади поднялась высокая температура, и пришлось вызвать врача из Молотовской сельской больницы.

Приехал молодой врач терапевт Свиридов Валерий Тимофеевич, осмотрел Надю: поставил градусник, прослушал медицинской трубкой и сказал:

– У неё простуда и горлышко с краснотой. Пусть посидит дома, полощет горло, и лекарство я ей сейчас выпишу.

Вадим пригласил его на кухню, чтобы там выписывать рецепт, и чтобы Надю не тревожить. Она лежала на диване и смотрела телевизор. На кухне Вадим решил поговорить с врачом о вступлении в партию. Человек он был хороший, пользовался среди населения большим уважением.

– Валерий Тимофеевич, вы не желаете вступить в партию? – спросил его Вадим.

– Ой, нет. Не хочу, – стал отказываться Свиридов. На его лице появилась гримаса, словно он съел чего-то кислого.

– Почему не хотите? Ваша карьера пошла бы в гору. Возможно, в этой больнице вас назначат главврачом? И в селе сейчас строят новый дом со всеми удобствами. В нём вам бы дали квартиру. Не надо отказываться. Я дам вам свою рекомендацию.

Свиридов смущённо помолчал и стал объяснять:

– Я не против Советской власти, но партия переродилась. Мне не нравится, когда коммунистам предоставляют какие-то привилегии. В партии много стяжательства и двуличия. Говорят одно, а делают другое. На весь мир трубят, что у нас настоящая демократия, а на самом деле её нет. Депутатов всех уровней назначают, а не выбирают. Например, моя родственница работает ткачихой и является депутатом Верховного Совета СССР. Она сама признаётся, что на сессиях она ничего не решает, а только руку поднимает, чтобы утвердить тот или иной Закон. Она, конечно, хороший достойный человек, но её кругозор ограничен и она не активная. Зачем таких людей выдвигать в депутаты?

После этой речи Вадим не стал уговаривать врача вступить в коммунистическую партию. Он и сам всё это понимал, но в райкоме он получал не плохую зарплату. Ему уже всю плешь проели, чтобы он сагитировал в этом году не менее двух человек в кандидаты в члены КПСС.

Когда из клуба вернулась домой Вероника, он поехал на мотоцикле на животноводческий комплекс, чтобы там подыскивать среди доярок кандидатов в члены партии. Доярки там были в большинстве уже не молодые, а одна из них являлась комсомолкой. С ней он раньше уже беседовал на эту тему, но она отказывалась, говорила, что не достойна, быть членом партии. В этот раз она вновь упорно отказывалась, говорила, что ещё не доросла и не созрела быть коммунистом.

Наступил полдень, все доярки и рабочие животноводческого комплекса, пошли обедать в столовую. Вадим тоже там отобедал. Вновь на первое был гороховый суп с говядиной, а на второе картошка с мясом. Повар готовила каждый день одно и то же, так как других продуктов ей не выдавали. Однако готовила она эти блюда превосходно.

В столовую пообедать пришёл и главный агроном Лёвин. Сразу не здороваясь, он с возмущением сообщил:

– Твой коммунист Добрынин сейчас распивает водку с Мясниковым. Пойди, посмотри. Они сидят возле силосной ямы. Я их лишу годовой премии на десять процентов.

Пришлось секретарю парткома идти к силосной яме, расположенной вблизи с животноводческим комплексом. И действительно он застал Добрынина и Мясникова, сидящих, на бревне, а рядом тарахтели два трактора Т-150. Возле бревна валялась пустая бутылка из-под красного вина. На вид они были не пьяные.

– Николаич, извини, что мы выпили немножко, – встав с бревна, протянул руку Славка. – Понимаешь, причина очень уважительная, у Вовки сегодня жена родила, и он меня угостил.

Вова Мясников являлся соседом Мальковых по лестничной площадке. От Вероники Вадим слышал, что Лида лежит в родильном доме и скоро должна родить третьего ребёнка в их семье. Малькову ничего не оставалось, как поздравить счастливого отца с третьим ребёнком.

– Николаич, ты уж поговори с Лёвиным, чтобы нас не наказывал, – попросили трактористы. – Мы хорошо отработаем, мы же не пьяные. А он отстранил нас от работы.

– Ладно, поговорю, только вы идите в столовую и поешьте, как следует. Иначе можете опьянеть на пустой желудок.

Втроём они зашли в столовую и там увидели Степана Викторовича Лёвина, сидящего за столом в одиночестве. Мальков подсел к нему, а трактористы подошли к раздатке, получили тарелки с супом и сели за другой столик. Вадим поговорил с Лёвиным, объяснил, что парни совсем трезвые и пили они не водку, а лёгкое вино. Степан поел, успокоился и сказал: «Раз они трезвые, пусть работают, продолжают возить зелёнку на силос».

В райкоме партии в конце июня проводили собеседования со всеми секретарями партийных организаций района. Малькова тоже вызвали в райком. В назначенное время он уже стоял возле дверей заведующего орготделом. В этот день вызывали ещё трёх секретарей, кроме него. С утра уже заслушали двух женщин из других совхозов. Об этом он узнал от мужчины, секретаря парткома совхоза «Возрождение». Тот сидел в коридоре и волновался, как студент перед экзаменом.

– Что за собеседование проводят? – поинтересовался у него Мальков.

– Сейчас секретарь из «Заречья» выходила вся красная, со слезами на глазах, – стал рассказывать мужчина. – Я её спрашиваю: «Что там было?» Но она ничего не ответила, только махнула рукой и ушла.

Мальков решил не волноваться. Если будут его ругать, то у него найдутся на все претензии к нему, свои оправдания. Через десять минут из кабинета вышла женщина, тоже секретарь парткома какого-то совхоза. Вадим в лицо почти всех секретарей знал, но лично был знаком с не многими. Мужчина вскочил со стула и стал её расспрашивать, о чём там говорили. Она была в расстроенных чувствах и сказала, что ей предложили уволиться по собственному желанию. «Я догадываюсь, кто наклеветал на меня», – печальным голосом добавила она и удалилась.

– Федоренко, заходите, – послышался голос из-за дверей, и мужчина вошёл в кабинет.

«Почему этот Федоренко так боится?» – удивлялся Мальков. Он хорошо изучил Мытникова и других работников райкома. Они были вполне нормальными людьми, вежливыми, интеллигентными. Вадим давно их знал, ещё с тех пор, как сам работал инструктором райкома комсомола. Его они тоже давно знали.

Наконец, Федоренко вышел из кабинета весь красный, но довольный. Он улыбнулся и сказал: «Всё нормально, отчитался». Из кабинета выглянула Иванова Тамара Васильевна.

– Заходите, Вадим Николаевич, – пригласила она.

В кабинете заведующего организационным отделом райкома партии сидели все сотрудники отдела. Это три инструктора и сам Мытников Геннадий Андреевич. После того, как Вадим поздоровался, Мытников показал ему на стул:

– Садись, Вадим Николаевич, у нас с тобой будет длинный разговор. Первый вопрос: когда ты научишься проводить собрания? Такое впечатление, что ты никогда не был секретарём партийных организаций, никогда не работал в райкоме комсомола. Я прочитал твои протоколы собраний и моё настроение испортилось. Как же так? Объясни.

Вадим немного подумал и начал объяснять:

– В каждом совхозе трудятся люди с устоявшимися привычками и традициями. Меня с самого начала воспринимали, как чужака. Мой предшественник руководил совхозом за директора, потому что директор был новичком и не сразу укрепил свою власть. У Кокорина протоколы писала Тамара Станицкая – бухгалтер. Мне помогать она под разными предлогами отказалась. Взносы раньше тоже она собирала, а теперь приходится мне самому этим заниматься. Что касается явки на собрания, то в нашей совхозной партийной организации состоят уже одиннадцать пенсионеров. Они часто болеют и не ходят на собрания. Взносы и то забывают платить. Кроме того в сезонные работы механизаторы часто не могут бросить работу и идти на собрание. То же касается и доярок.

– Но у вас нет коммунистов среди доярок, – возразила Тамара Васильевна.

– Но у нас есть один коммунист, работающий скотником на Молотовской ферме, – уточнил Вадим. – Хотя он на последних собраниях присутствовал.

Мытников обратился к инструктору Ивановой:

– Тамара Васильевна, уделите внимание явке на собрания в их совхозе. Подключите директора. Он ведь тоже коммунист. И я с ним поговорю, когда он будет в райкоме.

Тамара Васильевна сказала: «Хорошо, поговорю». Она была спокойной, но если внимательно присмотреться, то чувствовалось, что ей было неприятно участвовать в таком собеседовании. Затем Мытников стал требовать принять в кандидаты партии не менее двух человек и обязательно из числа рабочих. Сделать это надо к концу года

Вадим не стал доказывать, что это очень трудная задача, а сказал:

– Геннадий Андреевич, я не справляюсь со своей работой и прошу меня уволить. Предлагаю избрать вместо меня Яковлева – главного зоотехника. Думаю, что у него лучше получится.

Мытников растерялся и начал говорить слегка заикаясь. У Тамары Васильевны от удивления увеличились глаза.

– Подожди спешить, – начал успокаивать заворготделом, – мы должны подыскать тебе другую работу, а это не так-то быстро. И готовь себе достойную замену. Пока работай. Если будешь стараться, то найдём тебе на перспективу хорошую работу.

Пока Мальков ехал домой, в голове продолжали повторяться разговоры в кабинете Геннадия Андреевича. Он понимал, что с Мытникова тоже строго спрашивают вышестоящие партийные органы. Дома он не стал жене ничего рассказывать. Иначе она будет переживать. Сам он плохо спал несколько ночей. В голову снова и снова приходили мысли об увольнении.

Глава 18

Наступил июль. Лёвин потребовал от Малькова обратиться в райком партии с просьбой прислать в совхоз людей на заготовку сена. Разнорабочих в совхозе не хватало, а они требовались, чтобы сушить сено. Лёвин сам мог бы обратиться к Тамаре Васильевне, она часто приезжала в совхоз. Но считал, что это не его задача. Вадим решился позвонить первому секретарю райкома партии, Фёдорову. Он боялся, что Фёдоров будет его ругать за желание уволиться с поста секретаря парткома, но он ничего по этому поводу не сказал, а обещал через два дня прислать людей. «Наверняка Фёдоров знает о собеседовании, и как я на это отреагировал, – размышлял Вадим, – но мне ничего не сказал. Значит, делает вид, что всё идёт по-прежнему, и я могу спокойно продолжать работать». После разговора по телефону с первым секретарём райкома партии, настроение у Малькова улучшилось.

 

В назначенное время в совхоз прислали десять человек молодых девушек из райторга. Привезли их на совхозном автобусе. В Кленовиках девчат встречали Лёвин и Мальков, чтобы разместить их на ночлег в деревенском клубе. Заведующую клубом Веронику отправили в очередной отпуск, и она с детьми уехала к родителям в село Климово. Вечером этого же дня Мальков пошёл в клуб проверить, как чувствуют себя девчата. Возле клуба он застал двоих пьяных парней, которые стучали в дверь.

– Откройте! – кричали они. – Мы просто хотим с вами пообщаться!

Это были работники совхоза, один слесарь, а другой токарь из гаража. Оба женатые. Вадим с трудом прогнал их, пригрозив, что отправит на лечение от алкоголизма и вызовет участкового милиционера. После этого девушки открыли ему дверь. В клубе на полу были разложены матрасы и постельное бельё. Ничего лучшего рабочим из города совхоз предложить не мог. Но девушки не жаловались на такие условия. Лишь одна из них стала просить Вадима отпустить её домой.

– Это рабство, какое-то, – говорила она, – насильно нас заставляют ехать в деревню. И отказаться нельзя. За отказ могут исключить из комсомола, снять с очереди на квартиру, и даже уволить с работы. А дома меня ждёт ревнивый муж. Что он подумает, когда к нам ломятся пьяные парни? Завтра он хочет сюда приехать на мотоцикле.

Мальков обещал девчатам установить по вечерам дежурство возле клуба и подключить участкового милиционера. Второе лето Вадим работал в совхозе секретарём парткома и, вместе со всеми специалистами и служащими, участвовал в заготовке сена, как разнорабочий. Мог бы он этого не делать, но надо подавать пример остальным. На прошлом открытом партийном собрании он призвал всех служащих присоединиться к рабочим, присланным из города.

– Это не хорошо, получается, – говорил парторг, – городские за гроши работают, а мы будем по итогам года получать большие премии.

Сушить сено приняли участие все служащие, в том числе директор и главный агроном. Скошенную тракторной косилкой траву, шевелили граблями. Трава за два-три дня в поле высыхала на солнце, и уже сено комбайном сворачивали в прессованные тюки. Затем тюки отвозили на склад, где крыша и стены были закрыты шифером. Там вручную тюки разгружали и закидывали в помещение.

Вадим поинтересовался у директора и главного агронома:

– Можно механизировать эту работу?

– Конечно можно, – ответил Лёвин, а директор кивнул головой в подтверждение этому. – У нас есть транспортёр, его можно установить здесь и на нём сгружать с машины тюки. Для этого потребуется всего один или два рабочих. Но транспортёр я берегу для разборки картофеля. Он может поломаться. Сено тоже мы могли бы шевелить в поле тракторным приспособлением, но механизм сломан, а запасных частей нет.

После тяжёлого физического труда на разгрузке сена, Вадим приходил домой уставший и, перекусив купленными пельменями, сразу ложился спать. Но однажды, не смотря на усталость, он поехал на мотоцикле в село Климово, чтобы навестить жену и детей. Недавно он сказал жене, что будет редко ездить к её родителям, из-за того, что они его спаивают.

– У меня уже выработался рефлекс, – объяснял он Веронике, – хочется выпить водки под закуску у твоих родителей. А это плохой сигнал. Значит, я привыкаю к пьянству.

Но, на этот раз, когда он вошёл в квартиру, отец уже не кричал: «Аня! Ставь бутылку, зять приехал!» Вадим обратил на это внимание и был доволен.

Однако в совхозе Молотово, пьянство продолжалось. Почти каждый день служащие на заготовке сена складывались и покупали вино или пиво, которое привозили в бочках в сельмаг. Частенько они начинали пить пиво с утра. Вадим не мог с этим мириться, Лёвин тоже, и посоветовал:

– Николаич, съезди в райторг, и скажи, чтобы больше к нам не привозили пиво. Уже и механизаторы поголовно спиваются и плохо работают.

Но Мальков никуда не поехал, а позвонил по телефону в райком партии Фёдорову и просил его запретить завозить в совхоз не только пиво, но и любые спиртные напитки. Конечно, первый секретарь райкома партии так и сделал. Он же не враг сельскому хозяйству. Однако механизаторы стали гонять на тракторах в соседние посёлки и закупать там ящиками спиртные напитки. Видимо, Фёдоров не захотел разорять райторг. Ведь основной доход там получали от продажи спиртных напитков. Вадим из-за этого очень переживал и плохо засыпал, не смотря на усталость. Всё лето он работал без выходных.

Глава 19

Шло время. Зима пролетела для Малькова спокойно. Так же, как и в прошлую зиму, он ежемесячно проводил партийные собрания, и в группах, проводил партийную учёбу. Выплату премии по итогам работы за год на этот раз задержали и выдали только в марте 1985 года. За упущения в работе Вадима лишили премиальных на 10 процентов. Но на руки он получил 1100 рублей и был очень доволен. Из этих денег они с женой купили новый цветной телевизор, стоимостью 700 рублей. За такую цену, раньше им было не купить цветной телевизор.

В апреле надо было проводить выборы депутатов в Советы всех уровней, в том числе и в сельский Совет. Туда требовалось избрать пятнадцать депутатов. Из райкома партии спустили цифры, каких людей надо избрать в депутаты. Например, из этого количества надо избрать одиннадцать рядовых рабочих, десять не старше тридцати лет, семь женщин и так далее. Среди рабочих должны быть шесть механизаторов и пять доярок. Были цифры и по образованию, но Вадим не стал ломать голову, а вспомнил критику партии со стороны врача Свиридова. И он решил провести на своей территории свободные выборы. Пусть люди выбирают, кого хотят.

Рано утром, пока грязь не растаяла, он пошёл на местную ферму в Кленовиках. Грязь после ночных заморозков зафиксировала глубокие следы на подступах к ферме. На всякий случай Вадим был в резиновых сапогах. С собой он нёс листок бумаги (молнию), свёрнутый в трубочку. Доярки уже доили коров и в красном уголке, куда он зашёл, никого не было. Парторг прикрепил молнию к стене, а старую снял и убрал в карман. В молнии указывались результаты работы на Молотовской ферме, с которой соревновалась эта ферма. Там были результаты надоев молока за предыдущий месяц. В среднем от каждой коровы за день там получили по пятнадцать литров молока. А здесь на два литра меньше.

Пройдя вдоль фермы, он предупредил доярок, чтобы зашли на несколько минут после работы в красный уголок. Когда все женщины собрались в красном уголке, то сразу заметили молнию и стали обсуждать, почему их надои меньше, чем у соперников. Но Вадим прервал их спор:

– Товарищи, тише! У нас предстоят скоро выборы депутатов в сельский Совет. Вам надо выдвинуть от своего коллектива на выборы одну или двух доярок.

После его слов наступила тишина, но нарушив эту паузу, одна доярка спросила:

– Так вы не решили, кого надо выбрать?

– Да нет. У нас демократия, выбирайте сами.

Доярки стали кивать друг на друга и все отказывались, ссылаясь на занятость. Не добившись результата, он направился в гараж, где было много механизаторов, ремонтировавших свою технику. Там ему удалось провести собрание и выдвинуть кандидатами в депутаты пятерых человек. Среди них был один молодой парень, Беглов Константин член ВЛКСМ. Он недавно женился и подал заявление на получение квартиры. В этом же гараже находился и его отец, Беглов Валентин, работавший в совхозе, на грузовой машине. После собрания он подошёл к парторгу и на ухо, чтобы другие не слышали, сказал:

– Николаич, в третьем доме пустует квартира, можно мой Костя её займёт?

Вадим с удивлением ответил:

– В этих домах нет пустых квартир, все квартиры заняты.

– Но ты же юрист, знаешь, что если в ведомственной квартире человек больше шести месяцев не живёт, то его можно выселить, – говорил Валентин. – А там жил плотник Кузнецов и куда-то пропал. Его недавно мужики видели в Ромске, и он сказал, что устроился там в другую организацию, а сюда будет ездить, как на дачу. Пойдём в дом, я покажу его квартиру.

Валентин позвал сына, и они втроём пошли смотреть квартиру. Она находилась в кирпичном трёхэтажном доме на втором этаже. Дверь в квартиру оказалась плохо закрыта, потому что замок был сломан. Бегловы уже знали об этом от Костиных приятелей.

Вадим решил воспользоваться случаем и предложил комсомольцу вступить в партию. Месяц назад он уже беседовал с ним на эту тему, но парень отказывался.

– Пиши, Костя заявление на вступление в партию, – сказал парторг, – тогда я помогу тебе получить квартиру и подготовить документы в суд на выселение плотника Кузнецова. Костя, не задумываясь, согласился.

После этого они легко открыли дверь и вошли внутрь. Вид здесь был убогий: стены без обоев, на полу везде грязь и мусор. Из всей мебели здесь были только старый засаленный диван, грязный стол, уставленный пустыми бутылками, и два сломанных стула. Квартира эта двухкомнатная, такой же планировки, как и у Мальковых. Старший Беглов попросил:

– Николаич, можно я сегодня врежу, свой замок в дверь, иначе всю квартиру пьяницы разгромят.

– Хорошо, установите свой замок. Только пока никому ничего не говорите.

Глава 20

В мае Константина Беглова приняли в партию кандидатом, но больше не удалось никого уговорить вступить в партию. Когда Мальков поехал в райком сдавать взносы за апрель, то ему велели зайти к Мытникову в кабинет. Геннадий Андреевич был, как всегда, спокойный на вид и вежливый. Но неожиданно для Вадима он сообщил:

– Другую работу мы тебе подыскали. Выбирай, или должность председателя Молотовского сельсовета или должность старшего юрисконсульта в конторе агропромэнерго. Зарплата и там и там двести рублей в месяц. Подумай, и с первого июня иди в отпуск. Можешь сейчас написать заявление на отпуск. Вместо себя на заседании парткома возложи исполнять обязанности на Яковлева Николая. А до первого июня продолжай работать.

Вадим поблагодарил Мытникова и вышел из кабинета. От этих новостей у него голова шла кругом. Он решил посоветоваться с женой куда лучше идти работать. Конечно, уходить сейчас из совхоза ему не хотелось, уже привык и к людям и к работе. Многое на этой не простой должности у него не получалось, но он старался.

Перед тем, как ехать домой, он зашёл в продовольственный магазин и купил продукты: котлеты полуфабрикат десять штук за рубль двадцать, батон за двадцать копеек и бутылку лимонада за восемнадцать копеек для детей.

Домой он приехал в семнадцать часов, и вспомнил, что дети гостят у бабушки с дедушкой, а Вероника была на работе в клубе. Обычно она приходила к десяти часам вечера, после окончания очередного фильма. Перекусив, он пошёл к ней в клуб. Ему не терпелось поделиться с ней новостями и посоветоваться о своей будущей работе.

В клубе он застал участников ансамбля электромузыкальных инструментов. Они ждали, когда Вероника закончит занятия в танцевальном кружке. К восемнадцати часам она занятия закончила, и у неё появился перерыв. С девятнадцати должен начаться новый фильм «Командир счастливой щуки». Об этом Вадим узнал из афиши. Ребята громко включили свои гитары и электронный орган, поэтому Вадим решил разговор начать дома после клуба. И к тому же он давно не занимался с ребятами. Он помог им подобрать на органоле новую мелодию.

К девятнадцати часам в клуб стали подтягиваться на киносеанс молодые парни и девчата, пришли и взрослые люди. Но киномеханик задерживался. Жил он в другой деревне и приезжал на мотоцикле с коляской. Киномеханик часто опаздывал по разным причинам, и основная причина была его пьянство. В связи с этим обстоятельством он научил двух парней демонстрировать фильмы, и Вадим тоже у него научился. Поэтому он взял ключ у Вероники от аппаратной пристройки. Зайдя туда, он обнаружил, что плёнка фильма не перемотана и порвана в двух местах. Он её быстро перемотал и склеил. Пока он этим занимался, зрители громко свистели и кричали.

Фильм начался с опозданием на пятнадцать минут. В этом фильме было четыре части, и плёнка находилась в четырёх рулонах. Чтобы фильм продолжался непрерывно в аппаратной комнате стояли два аппарата-кинопроектора. Вадим зарядил плёнку, включил первый аппарат, и послышалась из динамиков музыка, в зале люди затихли. Когда плёнка на первом аппарате стала заканчиваться, он включил второй аппарат, и кино шло непрерывно. В окно из аппаратной, он мог смотреть фильм. Но сюжет полностью не понял, так как ему приходилось следить за плёнкой, чтобы успеть включить следующий аппарат.

 

После окончания сеанса они с Вероникой ушли из клуба последними. В одиннадцатом часу на улице было почти темно, только край неба на западе ещё был светлым. У Вероники имелся на такой случай фонарик, чтобы светить под ноги. Она задержала мужа и сказала:

– Давай немного погуляем, на улице так хорошо.

– Давай погуляем, – согласился Вадим, – он думал, с чего начать разговор о его работе. Ведь Вероника гордилась, что у неё муж большой начальник, а когда узнает об увольнении мужа с этой должности, то очень огорчится. Она спросила:

– Тебе кино понравилось?

– Да. И главную роль командира подводной лодки играет хороший артист. Забыл, как его фамилия?

– Это Пётр Вельяминов, – напомнила Вероника. – Недавно я прочитала в журнале, что он из старинного дворянского рода. Очень талантливый и симпатичный мужчина.

– А я читал, что он был репрессирован и отбывал срок. А потом его реабилитировали, – добавил Вадим. – Ты, знаешь, у меня есть не очень хорошая новость, – продолжал он говорить, шагая по освещённой фонариком тропинке.

– Какая? – с тревогой в голосе спросила она.

– Сегодня мне предложили в райкоме партии перейти на другую работу, либо председателем нашего сельсовета, либо старшим юрисконсультом по моей специальности. Что ты мне посоветуешь?

Она шла некоторое время молча и, печально вздохнув, сказала:

– Получается, что тебя выгнали. Достукался….

– Почему выгнали? Просто переводят на другую работу по моей специальности. И зарплата там такая же, двести рублей оклад.

– А кто теперь вместо тебя будет секретарём парткома?

– Наверное, Колька Яковлев. Он же специалист сельского хозяйства. Ему и карты в руки.

Вероника не стала давать совет мужу, где ему лучше работать, а сказала: «Решай сам». Подходя к дому, она поинтересовалась: «Как ты считаешь, тебя переводят на повышение или нет?»

– Судя по зарплате, всё остаётся на том же уровне.

Дома они решили поужинать. У Вероники стояла на газовой плите кастрюля с тушёной картошкой. Она хотела её разогреть, но Вадим посоветовал пожарить котлеты, которые он купил. За ужином разговор продолжился.

– А что за история с Силантьевым? – спросила она. – Его куда переводят? Ему, наверное, нет ещё шестидесяти лет?

Вадим пояснил: «На него написали жалобу местные старики, за то, что он заплатил сам себе зарплату. То есть, построил сам забор в посёлке и получил в сельсовете деньги. Это финансовое нарушение. За это его хотят снять с должности».

– Но, если ты станешь после него председателем сельсовета, то он будет в обиде на тебя, – предположила она, – подумает, что ты подговорил стариков, чтобы занять его должность.

– Я, наверное, пойду работать юрисконсультом, а любая выборная работа не надёжная. Кто-нибудь напишет донос, и будешь с пятном на всю жизнь.

– А нас, не выселят, если ты перейдёшь работать в другую организацию? – со страхом в глазах спросила жена.

– Нас из этой квартиры не выселят по двум причинам: меня оформляют переводом, и ты продолжаешь здесь работать. А потом нам могут дать квартиру в городе. С первого июня меня отправляют в отпуск, и тебе тоже отпуск полагается. Давай вместе съездим куда-нибудь?

Супруги стали мечтать, об отпуске и так проговорили до часу ночи.

Обложку книги создал автор самостоятельно с помощью программы «поинт».

На обложке фотография автора.

Читай где угодно
и на чем угодно
Как слушать читать электронную книгу на телефоне, планшете
Доступно для чтения
Читайте бесплатные или купленные на ЛитРес книги в мобильном приложении ЛитРес «Читай!»
Откройте «»
и найдите приложение ЛитРес «Читай!»
Установите бесплатное приложение «Читай!» и откройте его
Войдите под своей учетной записью Литрес или Зарегистрируйтесь
или войдите под аккаунтом социальной сети
Забытый пароль можно восстановить
В главном меню в «Мои книги» находятся ваши книги для
чтения
Читайте!
Вы можете читать купленные книги и в других приложениях-читалках
Скачайте с сайта ЛитРес файл купленной книги в формате,
поддерживаемом вашим
приложением.
Обычно это FB2 или EPUB
Загрузите этот файл в свое
устройство и откройте его в
приложении.
Удобные форматы
для скачивания
FB2, EPUB, PDF, TXT Ещё 10
Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте 3 книги в корзину:

1.2.