Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимистыТекст

Оценить книгу
4,1
195
Оценить книгу
3,9
29
21
Отзывы
Фрагмент
Отметить прочитанной
290страниц
2012год издания
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Tali Sharot

The Optimism Bias: A Tour of the Irrationally Positive Brain

© Tali Sharot, 2012

© Строганова О. В., перевод на русский язык, 2017

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2018

КоЛибри®

* * *

Оптимизм, по всей видимости, настолько важен для выживания человеческого рода, что попросту встроен в наш самый сложный орган – головной мозг.

Тали Шарот

Перевернув последнюю страницу книги, вы не только испытаете прилив надежды, но и будете прекрасно разбираться в природе этого чувства.

Booklist

Настоящее удовольствие. Занимательная и понятная книга, написанная ученым, который умеет рассказывать истории.

Ричард Талер, автор книги «Nudge. Архитектура выбора»

Вдохновляющее знакомство с передовыми достижениями когнитивной нейробиологии.

Kirkus Reviews

Посвящается моим родителям – Тамар и Стиву Шарот


Пролог. Стакан всегда наполовину полон?

Я была бы рада сказать, что моя работа над проблемой оптимизма выросла из глубокого интереса к позитивной стороне человеческой натуры. Когнитивный нейробиолог исследует биологические основы наших оптимистичных душ! Красивая бы вышла история, но, увы, недостоверная. Я натолкнулась на склонность к оптимизму (optimism bias) совершенно случайно, когда изучала воспоминания людей о самом крупном теракте нашего времени. До того момента мои научные интересы больше тяготели к мрачной стороне жизни: я экспериментально изучала, как травмирующий опыт влияет на наши воспоминания. Меня интересовало, каким образом мозг убеждает человека, что он помнит взволновавшие его события (например, то, что происходило 11 сентября 2001 года) совершенно точно, даже если в действительности это совсем не так.

Исследования шли в Нью-Йоркском университете уже больше года, когда два рейсовых самолета американских авиакомпаний врезались в башни-близнецы на скорости 700 км/ч. Общей реакцией людей на улице были шок, смятение и ужас. Именно такие сильные эмоции порождают необыкновенно яркие воспоминания, которые с трудом стираются из памяти. Обычно их называют «фотографическими воспоминаниями» за сходство с фотоснимками по качеству и детальности. В главе 9 я подробно расскажу о них – как мы запоминаем неожиданные события и каким образом глубоко запрятанные в нашем мозгу структуры словно обрабатывают эти картинки в программе Photoshop: усиливают контрастность, повышают разрешение, добавляют и удаляют отдельные детали.

Я была в замешательстве: почему наш мозг создал механизм, порождающий очень яркие воспоминания, которые вовсе не обязательно соответствуют реальности? Примерно в то же время, когда мы с коллегами опубликовали результаты своего исследования воспоминаний о событиях 11 сентября[1], группа ученых Гарвардского университета предложила интригующий ответ на мой вопрос. Возможно, система мозга, отвечающая за воспоминания о прошлом, создавалась совсем не для этой цели и на самом деле ее основная задача – воображать будущее[2].

Работы по нейровизуализации показывают, что, когда мы вспоминаем прошлое и думаем о будущем, активизируются одни и те же структуры мозга[3]. Эти два основных мыслительных процесса человека действуют по одной и той же схеме, используют сходную информацию и идентичные приемы. Например, чтобы представить себе предстоящую поездку на Барбадос, вам нужна система, способная воссоздавать новые сюжеты: брать кусочки воспоминаний из прошлого (последний отпуск в теплой стране, картины песчаных пляжей, образ девушки в купальном костюме) и складывать их вместе, чтобы сотворить что-то новенькое (вы с вашей второй половинкой в соломенных шляпах на Барбадосе через несколько недель), то есть фактически то, что только ждет вас впереди. Поскольку при воспоминаниях о прошлом и воображении будущего мы пользуемся одними структурами мозга, припоминание тоже оказывается скорее процессом реконструкции, а не проигрыванием видеозаписи прошедших событий и поэтому допускает неточности.

Верна ли эта теория? Чтобы получить ответ на свой вопрос, я решила проследить активизацию мозга при воображении будущих событий и сравнить с картиной, полученной при мыслях о прошлых эпизодах.

План был прост. Однако, когда я попросила испытуемых представить себе будущие житейские события, произошло неожиданное. Даже когда предлагались самые что ни на есть обычные ситуации (получение паспорта, настольные игры), люди стремились развить вокруг них пышные сценарии, снова и снова окрашивая абсолютно серые мероприятия в розовый цвет.

Вы, наверное, думаете, что предстоящий поход в парикмахерскую – нечто совершенно заурядное? Вовсе нет! Стричься сегодня – в этом, может быть, и нет ничего особенного, а в будущем вполне повод для праздника. Вот что написал один из участников моего эксперимента:

Я представил, что стригу волосы, чтобы передать их в «Локоны любви» [4]. Несколько лет я отращивал кудри, и теперь все мои друзья собрались, чтобы вместе со мной отметить это событие. Сначала мы пошли в мою любимую парикмахерскую в Бруклине, а потом – в ресторанчик.

Другую участницу я попросила представить себе поездку на пароме. Она написала:

Я вижу, как через пару лет приближаюсь на пароме к статуе Свободы. Погода прекрасная, мои волосы развеваются на ветру.

Мир, всего через год-два, представлялся людям замечательным местом для жизни. Мы с моей студенткой Элисон Риккарди часами подбирали совершенно заурядные события, которые никак не должны были бы стать основанием для празднования. Все напрасно. Как только люди начинали что-то воображать, банальнейшие обстоятельства резко разворачивались к лучшему и жизнь представлялась хоть немного ярче.

Такие реакции включили в моей голове красный или по меньшей мере красноватый свет. Меня удивила чрезвычайно сильная, по-видимому, непроизвольная склонность человека представлять свое будущее светлым и радостным. Если все без исключения участники эксперимента настойчиво мыслили позитивно, когда дело касалось их личного будущего, то для этого феномена должны существовать нейробиологические основы. Мы отложили в сторону первоначальный план эксперимента и приступили к поискам нейронных механизмов, обеспечивающих предрасположенность человека к оптимизму[5].

Как мозг порождает надежду? Каким образом он побуждает нас двигаться вперед? Что происходит, когда ему это не удается? Отличается ли мозг оптимиста от мозга пессимиста? Несмотря на то что оптимизм жизненно необходим для благополучия человека и оказывает огромное влияние на экономику, эти вопросы остаются без ответа уже многие десятилетия. В книге, которую вы сейчас держите в руках, я показываю, что склонность к позитивному мышлению не приходит к людям после прочтения многочисленных пособий с практическими советами. Оптимизм, по всей видимости, настолько важен для выживания человеческого рода, что попросту встроен в наш самый сложный орган – головной мозг.

Все – и птицы (глава 2), и игроки команды «Лос-Анджелес Лейкерс» (глава 3), и финансовые аналитики, мировые лидеры и даже новобрачные (все они описаны в главе 11) – смотрят на мир через призму оптимизма. Оптимизм берет в заложники разумные рассуждения, направляя наши ожидания к более оптимистичному исходу без видимых на то оснований.

Закройте на минутку глаза и представьте свою жизнь через пять лет. Какие сценарии и картины всплывают в вашей голове? Как обстоят дела в профессиональном плане? Как складываются личная жизнь и отношения с близкими? Хотя каждый из нас понимает счастье по-своему, все мы склонны видеть себя счастливо шагающими к профессиональному успеху, прекрасным отношениям с людьми, финансовой стабильности и крепкому здоровью. Безработица, развод, долги, болезнь Альцгеймера и другие, к сожалению, весьма распространенные беды редко входят в наши планы.

 

Ограничиваются ли нереалистичные прогнозы будущего блаженства мыслями о серьезных событиях вроде вступления в брак и продвижения по службе? Или оптимистические иллюзии распространяются и на менее значимые повседневные дела? Думаем ли мы, что на этой неделе сделаем больше работы, чем на предыдущей? Полагаем ли, что завтра будет лучше, чем сегодня? Ждем ли, что в следующем месяце встретим больше приятных людей, чем неприятных?

Летом 2006 года я приступила к исследованию этой более прозаической части своего уравнения. Прежде чем отправиться к новому месту службы в Университетском колледже Лондона, я провела несколько месяцев в Израиле, работая в Институте Вейцмана. Какова бы ни была глубина оптимистичности моей собственной натуры, я не особенно рассчитывала на ясные и безоблачные дни в Соединенном Королевстве, поэтому твердо решила вдоволь насладиться солнцем до переезда в столицу Великобритании.

Институт Вейцмана находится примерно в двадцати минутах езды от шумного Тель-Авива. Это научный оазис в центре страны, великолепно ухоженными лужайками напоминающий кампусы университетов Калифорнии. Хотя в самом институте все спокойно, не секрет, что сложная политическая ситуация Израиля постоянно напоминает о себе. Большинство студентов поступают в институт после прохождения обязательной военной службы, а такой жизненный опыт не особенно способствует оптимистичному настрою. Держа в голове это обстоятельство, я хотела выяснить степень склонности к оптимизму, присущую молодым израильтянам. Экспериментальной группе было предложено рассказать об ожиданиях на следующий месяц. Сто вопросов касались и обыденных, и неординарных ситуаций. К примеру, насколько вероятно, что они попадут в автомобильную пробку или опоздают на встречу больше чем на полчаса? Какое свидание для них вероятнее – то, о котором они будут сожалеть или которому будут радоваться? Могут ли они представить, что готовят изысканную еду? Есть ли у них шансы получить неожиданный подарок?

Должна сказать, что результаты эксперимента меня поразили: подавляющее большинство студентов ожидали позитивного развития событий чаще, чем негативного и даже нейтрального. Соотношение составило 50:33 %. И это не всё: студенты рассчитывали, что приятные эпизоды произойдут раньше неприятных или просто скучных. Если свиданием с партнером они ожидали насладиться через несколько дней, то ссору с другом или подругой предвидели только ближе к концу месяца, а то и вовсе отрицали возможность конфликта.

В надежде, что мои респонденты ведут потрясающе яркую жизнь, я попросила их мысленно вернуться на месяц назад и рассказать, какие из ста ожидаемых событий случились с ними за это время в действительности. Оказалось, что позитивные, негативные и нейтральные обыденные случаи происходили примерно в равной пропорции – приблизительно по 33 %. Студенты Института Вейцмана не открыли секрета человеческого счастья, они просто проявили обычную склонность к оптимизму.

Обдумывая этот пример, вы, возможно, спросите: характерен ли оптимизм для всего человечества в целом, или это скорее заблуждение юности? Справедливый вопрос. Можно подумать, что чем мы старше, тем мудрее. Имея за плечами больше жизненного опыта, человек должен воспринимать мир более реалистично, быть способным отделять обманчивые надежды от суровой реальности. Должен бы, но не делает этого.

Мы носим розовые очки и в восемь лет, и в восемьдесят. Есть данные, что школьники девяти лет выражают оптимистичные надежды на свою взрослую жизнь[6], а результаты опросов, опубликованные в 2005 году, показывают, что пожилые люди (в возрасте 60–80 лет) так же склонны видеть стакан наполовину полным, как взрослые средних лет (36–59) и молодежь (18–25)[7]. Оптимизм преобладает во всех возрастных группах каждой расы и любого социально-экономического статуса[8].

Многие из нас не осознают собственной склонности к оптимизму. Она именно потому и имеет такую силу, что, как многие другие иллюзии, не полностью поддается здравому осмыслению. Тем не менее факты ясно показывают, что большинство людей переоценивают перспективы своего профессионального роста, считают собственных детей чрезвычайно одаренными, ошибаются в оценке вероятной продолжительности жизни (иногда на 20 лет и больше), надеются быть здоровее и успешнее, чем люди в среднем, значительно недооценивают возможности развода, онкологических заболеваний и потери работы. Все совершенно уверены, что их жизнь будет лучше, чем у родителей[9]. В этом и состоит суть склонности к оптимизму – стремления переоценивать вероятность наступления позитивных событий и недооценивать шансы на встречу с неприятностями[10].

Многие убеждены, что оптимизм – изобретение американцев, некий побочный продукт воображения Барака Обамы. Я часто сталкивалась с таким представлением, особенно когда читала лекции в Европе и на Ближнем Востоке. Да, говорили мне, праздник по случаю стрижки волос, картина поездки на пароме в солнечную погоду, недооценка вероятности погрязнуть в долгах, заболеть раком и столкнуться с другими бедами указывают на склонность к оптимизму, но подобное характерно только для жителей Нью-Йорка.

И правда, первые исследования оптимизма я проводила на обитателях Манхэттена. (Все последующие эксперименты – только на циничных британцах и израильтянах.) Можно простить людям предположение, что «Большое яблоко» [11] – идеальное место для углубленного изучения оптимизма. Пусть у меня нет надежной подтверждающей статистики, но поп-культура, конечно, всех заставляет верить, что в Нью-Йорке личности с большими замыслами и уверенностью в собственных силах могут рассчитывать на достижение цели. От новых иммигрантов, созерцающих статую Свободы, до Холли Голайтли [12], которую восхищают витрины бутика Тиффани на Пятой авеню, Нью-Йорк – настоящее олицетворение надежды: город, в котором улицы переполнены людьми, ищущими удачи.

Однако, как ни удивительно, принцип оптимизма легко прослеживается до европейской научной мысли семнадцатого столетия. Формулирование оптимистического мировоззрения коренится не в американской культуре, а во французской. Рене Декарт – один из первых философов, у кого мы находим оптимистичную идеализацию в идее о том, что человек может стать господином своей вселенной и, соответственно, пользоваться плодами земли, поддерживая хорошее здоровье. Но введение слова оптимизм в качестве термина обычно приписывают немецкому философу Готфриду Вильгельму Лейбницу, который, заметим, полагал, что мы живем «в наилучшем из всех возможных миров»[13].

Чрезмерно позитивное представление о будущем может привести к плачевным результатам – кровавым сражениям, экономическим катастрофам, разводу и ошибкам планирования (см. главу 11). Да, склонность к оптимизму иногда наносит вред, но и, как мы скоро убедимся, помогает нам адаптироваться. Как все другие иллюзии человеческого мозга (например, вестибулярная и зрительная, описанные в главе 1), иллюзия оптимизма появилась не на пустом месте: у нее есть своя задача.

Склонность к оптимизму облегчает восприятие боли и трудностей, которые, несомненно, возможны в будущем, и расширяет жизненные перспективы. В результате стресс и тревога снижаются, физическое и душевное здоровье улучшается, а желание заниматься делом растет. Чтобы двигаться вперед, нам необходима способность воображать другие события – не просто те, что уже случались, а более позитивные, и нам нужно верить, что они возможны.

Я считаю, что разум стремится претворять прогнозы в реальность. Мозг человека организован таким образом, чтобы оптимистичные устремления изменяли наше восприятие жизни и способы взаимодействия с окружающим миром, превращали мечты в сбывающиеся пророчества. Без оптимистичного настроя никогда не стартовал бы первый космический шаттл, никто не стал бы предпринимать попыток мирного урегулирования на Ближнем Востоке, никто не связывал бы себя снова семейными узами после развода. Да что там – наши предки не рискнули бы оторваться от своих племен, и все мы, возможно, по сей день жили бы в пещерах, мечтая о свете и тепле.

К счастью, мы не такие. В этой книге описывается самый большой обман, на который способен человеческий мозг, – склонность к оптимизму. Вы узнаете, когда эта предрасположенность полезна, а когда вредна, и получите доказательства, что умеренно оптимистичные иллюзии могут поддерживать внутреннее благополучие человека. Особое внимание я уделю специальной структуре мозга, которая позволяет необоснованному оптимизму рождаться и влиять на наше восприятие и поведение. Чтобы понять феномен склонности к оптимизму, нам в первую очередь необходимо проследить, как и почему мозг человека порождает иллюзии реальности. Нужно, чтобы наконец лопнул огромный мыльный пузырь – представление, что мы видим мир таким, какой он есть.

 

1. Где же верх?

Иллюзии человеческого мозга

Раннее утро 3 января 2004 года в аэропорту Шарм-эль-Шейха. Самолет египетской авиакомпании Flash Airlines, выполняющий рейс 604 в Париж через Каир, принимает на борт пассажиров и членов экипажа – 148 человек. В 4:44 «Боинг-737–300» поднимется в воздух, а через две минуты исчезнет с мониторов радара…

Цветущий курорт Шарм-эль-Шейх раскинулся на южной оконечности Синайского полуострова. Он круглый год привлекает туристов солнечной погодой, прекрасными пляжами и потрясающим дайвингом. Большинство пассажиров рейса 604 – французы, которые на рождественские каникулы убежали от зимы к теплому морю, а теперь целыми семьями возвращались домой[14].

Экипаж – в основном египтяне. Командир корабля Хедр Абдулла – герой войны Судного дня. Тогда он пилотировал «Миг-21» ВВС Египта и заслужил почетные боевые награды. За его плечами – 7444 часа налета, правда, на «Боинге-737–300», которым он командовал 3 января, – только 474 из них[15].

В соответствии с маршрутом самолет после взлета должен некоторое время набирать высоту и затем разворачиваться влево, на Каир, но меньше чем через минуту лайнер берет вправо, быстро принимая опасный крен. Двигаясь практически на боку, машина начинает по спирали падать в море. Прямо перед ударом о воду пилот, похоже, взял под контроль перевернувшийся самолет, но было уже слишком поздно[16]. Через считаные минуты после взлета лайнер рухнул в Красное море. Не выжил никто.

Поначалу власти Египта заподозрили, что причиной катастрофы стал взрыв заложенной террористами бомбы. Предположение строилось на том, что экипаж не посылал сигналов бедствия. Но, когда взошло солнце и были обнаружены обломки самолета, стало ясно, что причина в другом. Обломков было немного, и все они находились близко друг от друга[17]. Значит, в момент столкновения с водой самолет был целым. Если бы он взорвался в воздухе, фрагменты разлетелись бы в разные стороны. Что же тогда привело к трагедии?

Помочь разобраться в случившемся мог черный ящик самолета, но его еще требовалось найти. Глубина моря в районе крушения – тысяча метров, поэтому засечь сигналы бортового самописца было нелегко. К тому же батареи прибора хватает только на тридцать дней. Другими словами, вероятность найти драгоценное свидетельство практически равнялась нулю. В работу включились экспертные команды Египта, Франции и США. После двух недель тяжелого труда благодаря невероятному везению французский корабль все-таки обнаружил черный ящик[18].

Информация параметрического и голосового самописцев дает экспертам основания для различного толкования событий. Они определили не менее пятидесяти сценариев, а затем отвергали их один за другим на основе имеющихся фактов. Никаких свидетельств о неисправностях или отказе техники обнаружено не было[19]. Несколько оставшихся сценариев опробовали на авиасимуляторе. После тщательного изучения результатов египтяне и французы не пришли к однозначному заключению. Американские эксперты сделали следующий вывод: «единственный сценарий, объясняющий последовательность развития авиакатастрофы и подтверждаемый доступными данными, – это сценарий, указывающий на то, что командир воздушного судна подвергся пространственной дезориентации»[20].

Во время дезориентации в пространстве пилот не в состоянии определить положение самолета относительно земли. Обычно так происходит, когда нет внешних ориентиров: например, при полете в густом тумане или в полной темноте над океаном. Летчик может быть уверен, что летит горизонтально, когда на самом деле его машина совершает разворот креном, а при выходе из разворота – чувствовать, будто самолет пикирует. Попытки исправить (кажущееся) положение машины только усугубляют ситуацию. В момент резкого снижения пилоту иногда кажется, что нос самолета направлен вниз. Он начинает поднимать его – и нередко вводит машину в штопор, по понятным причинам прозванный «траурной спиралью». Именно траурную спираль, скорее всего, совершил Джон Кеннеди-младший, когда ночью в плохую погоду летел на остров Мартас-Винъярд. Его самолет Piper рухнул в Атлантический океан 16 июля 1999 года[21].

Но почему же пилот думает, что происходит набор высоты, когда на самом деле самолет снижается? Почему он считает, что движение идет по прямой, если в действительности имеет место крен? Дело в том, что навигационная система человеческого мозга формировалась для того, чтобы обеспечивать наши передвижения по земле, а не по воздуху. Она определяет положение человека, сопоставляя сигналы из внутреннего уха (в нем есть трубочки с жидкостью, которая смещается во время движения) с постоянным чувством притяжения, направленным в центр земного шара[22]. На земле система работает прекрасно, потому что создана именно для этих условий (нельзя сказать, что наши предки часто летали). Однако на борту стремительно несущегося в воздухе самолета этот навигатор путается. Человеческий мозг принимает непривычные сигналы, например угловые ускорения или центробежную силу, за привычную гравитацию. В результате система неверно определяет положение человека относительно земли. Жидкость во внутреннем ухе не успевает за быстрыми переменами в направлении движения самолета, поэтому посылает в мозг ложные сигналы. Если нет визуальных ориентиров, то есть наши глаза не могут подтвердить изменение, то перемена может пройти незамеченной. В результате самолет летит с креном, в то время как пилот абсолютно уверен, что воздушное судно расположено горизонтально, и чувствует себя комфортно, как дома на любимом диване[23].

Проблема заключается в том, что за жизнь мы привыкаем к надежности навигационной системы нашего мозга. Она редко нас подводит, и обычно никому не приходит в голову сомневаться в своем положении относительно земли. Сейчас, читая мою книгу, вы твердо знаете, что небо – над вами, а земля – под вами. Вероятно, все так и есть. Даже в кромешной ночной тьме, без всяких ориентиров, вы по-прежнему легко скажете, где находится верх.

Следовательно, первая необходимость для летчика – усвоить, что, даже если он на 100 % уверен в направлении движения своего самолета, это может быть иллюзией. Совсем непросто уложить в голове новое положение вещей. Иллюзия потому и называется иллюзией, что мы принимаем ее за реальность. «Самое сложное при овладении летными навыками – научиться помнить, что в определенных условиях ваши ощущения могут быть обманчивыми», – говорится в учебном пособии для пилотов[24].

Есть и хорошая новость. В момент дезориентации в пространстве летчику помогают приборы – система навигации самолета. Именно поэтому большинство самолетов, к счастью, не падает в океан, хотя практически каждый пилот как минимум раз за свою карьеру испытывает дезориентацию. Если летчик хорошо знаком с навигационной системой своего судна и знает, что должен полагаться на приборы, даже если их показания противоречат ощущениям, он избежит трагедии. В случае Джона Кеннеди-младшего проблема состояла в том, что он прошел сертификацию только по правилам визуального полета. Обучение полетам по приборам было не завершено, и подготовки к условиям, когда приходится рассчитывать исключительно на приборы, пилоту не хватало. А в темную ветреную ночь крушения он оказался именно в таких условиях[25].

Опытный летчик Хедр Абдулла имел высокую квалификацию. Однако в роковой для рейса 604 день мозг пилота, похоже, ввел его в заблуждение, заставив думать, что самолет летит горизонтально, в то время как машина неслась с опасным правым креном, носом вниз. Как такое могло случиться с хорошо тренированным человеком? Американская команда экспертов трактует события следующим образом. Сразу после взлета самолет находился над Красным морем в ночной тьме, то есть никакие внешние ориентиры (например, сигнальные огни аэродрома) не показывали уровень земли или моря. Изменение положения самолета происходило настолько постепенно, что вестибулярный аппарат членов экипажа был не в состоянии отреагировать адекватно. В действительности при значительном увеличении угла пилот скорее ощущает небольшой поворот влево, чем опасный крен вправо[26]. Мнение американцев подтверждают записи голосового самописца. На пленке слышно, как второй пилот докладывает командиру, что машина поворачивает вправо. Командир удивленно переспрашивает: «Вправо? Как вправо?» Удивление Хедра Абдуллы свидетельствует о том, что информация второго пилота не совпадала с ощущениями командира[27].

Когда отсутствуют внешние ориентиры, а крен происходит постепенно, единственный способ для пилота верно оценивать положение самолета относительно земли – постоянно следить за показаниями приборов. Однако, по данным черного ящика, этого не происходило. При входе самолета в правый поворот ему позволили лететь со скоростью на 35 узлов ниже требуемой и превысить угол наклона. Командир не заметил этих изменений – скорее всего, потому, что отвлекся на автопилот, который то включался, то отключался[28]. Не глядя на приборы, пилот руководствовался только навигационной системой своего мозга. Однако в его мозг от внутреннего уха поступала дезинформация, а от глаз не поступало ничего, и полет закончился катастрофой.

Зрительные иллюзии

Многие из нас никогда не управляли самолетом и поэтому не испытывали дезориентации в пространстве, которая может наступить в таком случае. Однако, сами того не зная, мы постоянно становимся жертвами иллюзий, порождаемых нашим мозгом. Посмотрите на рисунок 1. Какой квадратик светлее – А или В? Скорее всего, вы видите то же, что и я: В светлее. Правильно?

Рисунок 1. Иллюзия с тенью (Эдвард Адельсон, 1995 г.)


Неправильно. Квадратики одного цвета. Уверяю вас, они совершенно идентичны – изображение создано в программе Photoshop. Почему тогда мы воспринимаем их цвет как разные оттенки серого? Эту зрительную иллюзию создает наш мозг. Система зрения человека полагает, что квадрат В находится в тени, а квадрат А – на свету, корректирует восприятие соответственно их позиции и делает вывод, что квадрат В должен быть светлее[29]. В результате квадрат А кажется темнее, чем квадрат В. Наше субъективное восприятие реальности отличается от объективной реальности.

Хотя только что наш мозг дал нам ложную информацию (к тому же очень убедительно), произошло это по основательным причинам. Зрительная система человека строилась не для того, чтобы разбирать умело созданные в Photoshop рисунки, которые противоречат законам физики. Как и навигационная система, зрение человека развивалось для понимания мира, с которым мы сталкиваемся чаще всего. С этой целью наша зрительная система выработала для себя кратчайшие пути – определенные предположения о мире. Они позволяют мозгу эффективно работать практически во всех ситуациях. Однако при этом остается и место для ошибок, когда привычные предположения не оправдываются.

Давайте рассмотрим еще один пример. Посмотрите на рисунок 2.


Рисунок 2. Улыбающаяся девушка (Из статьи: P. Rotstein et al. Feeling or Features: Different Sensitivity to Emotion in Higher-Order Visual Cortex and Amygdala//Neuron 32 (2001). P. 747–757.)


Что вы видите? Перевернутое лицо улыбающейся девушки? Хорошо, а теперь поверните книгу вверх ногами и посмотрите на фото с другой стороны. Что вы видите теперь? Она уже не такая милая? Этот эффект называется иллюзией Тэтчер (Thatcher illusion). Его впервые продемонстрировали в 1980 году на фотографии бывшего британского премьер-министра Маргарет Тэтчер[30], известной, мягко говоря, не слишком приветливым выражением лица.

Иллюзия создается переворачиванием лица, на котором рот и глаза остаются в прежнем положении. Портрет выглядит относительно нормальным, а выражение лица воспринимается так же, как и на оригинальном фото до тэтчеризации (это термин для обозначения переворачивания лица без изменения положения глаз и рта). То есть если девушка изначально улыбалась, она будет восприниматься улыбающейся и после тэтчеризации. Однако когда тэтчеризованное лицо располагают правильно, оно выглядит неестественным, нелепым. Несоответствие положения рта и глаз относительно лица в целом становится очевидным.

Эта иллюзия, как и многие другие, позволяет понять, как работает наш мозг и какие эволюционные связи определили его развитие. Мы целый день видим вокруг себя лица с правильно расположенными чертами. Они везде: на улице, в автобусе, на работе. Для человека важно точно и быстро распознать, что лицо – это лицо, а не, скажем, футбольный мяч или арбуз, хотя бы потому, что лица не следует пинать или резать на части. Важно и легко отличать лицо супруга от лица начальника или соседа, чтобы не попасть в неловкую ситуацию. Но на самом деле недостаточно узнавать только знакомых. Чтобы жить в мире, нужно помнить и различать тысячи лиц. К счастью, большинство из нас легко справляется с этой задачей благодаря отделу мозга под названием зона распознавания лиц (fusiform face area), который находится в веретеновидной извилине[31]. Зона распознавания лиц – часть нашей зрительной системы, позволяющая понимать, что лицо – это лицо, и различать множество лиц, с которыми мы ежедневно встречаемся. Если бы эта зона не функционировала, мы все страдали бы прозопагнозией, то есть не имели бы способности узнавать человеческие лица. Люди с повреждениями веретеновидной извилины совершенно не могут различать лица и не узнают даже себя (Оливер Сакс отлично описал подобный случай в книге «Человек, который принял жену за шляпу»)[32].

Конечно, наша система распознавания лиц не идеальна. К нам частенько подходят люди и представляются давними знакомыми, а мы не в состоянии их вспомнить. Однако, забирая ребенка из школы, вы приведете домой именно своего, даже если на нем новая одежда или он только что подстригся. Более того, вы способны не только найти своего ребенка среди тысяч других, но и, едва взглянув на его лицо, понять, хорошо или плохо прошел у него день.

1Sharot T. et al. How Personal Experience Modulates the Neural Circuitry of Memories of September 11 // Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America. 104; 1 (2007). P. 389–394.
2Schacter D. L., Addis D. R. Constructive Memory: The Ghosts of Past and Future // Nature. 445; 7123 (2007). P. 27. doi:10.1038/445027a
3Addis D. R., Wong A. T., Schacter D. L. Remembering the Past and Imagining the Future: Common and Distinct Neural Substrates During Event Construction and Elaboration // Neuropsychologia. 45; 7 (2007). P. 1363–1377. doi:10.1016/j.neuropsychologia.2006.10.016
4«Локоны любви» (англ. Locks of Love) – некоммерческая организация, обеспечивающая париками детей, страдающих от потери волос. – Примеч. автора.
5Sharot T. et al. Neural Mechanisms Mediating Optimism Bias // Nature. 450; 7166 (2007). P. 102–105.
6Fischer M., Leitenberg H. Optimism and Pessimism in Elementary School-Aged Children // Child Development. 57; 1 (1986). P. 241–248.
7Isaacowitz D. M. Correlates of Well-being in Adulthood and Old Age: Tale of Two Optimisms // Journal of Research in Personality. 39; 2 (2005). P. 224–244.
8Weinstein N. D. Unrealistic Optimism About Susceptibility to Health Problems: Conclusions from a Community-Wide Sample // Journal of Behavioral Medicine. 10; 5 (1987). P. 481–500.
9Ibid.; Weinstein N. D. Unrealistic Optimism About Future Life Events // Journal of Personality and Social Psychology. 39; 5 (1980). P. 806–820.
10Weinstein N. D. Unrealistic Optimism.
11«Большое яблоко» (англ. The Big Apple) – одно из самых известных прозвищ Нью-Йорка. – Здесь и далее, если не указано иное, примеч. ред.
12Холли Голайтли – главный персонаж новеллы Трумена Капоте «Завтрак у Тиффани», роль которой в экранизации 1961 г. сыграла Одри Хепбёрн.
13Leibnitz G. W. Essais de Théodicée sur la bonté de Dieu, la liberté de l’homme et l’origine du mal. Paris, 1710. Ch. 1. [Лейбниц Г. В. Опыт теодицеи о благости Бога, свободе человека и происхождении зла // Соч. в четырех томах: Т. IV. М.: Мысль. 1989.]
14Документальный сериал «Расследования авиакатастроф» (Mayday), сезон 4, эпизод 9.
15Evans D. Safety: Mode Confusion, Timidity Factors // Avionics Magazine. July 1, 2005.
16Ibid.
17Ibid.
18Ibid.
19U. S. Summary Comments on Draft Final Report of Aircraft Accident Flash Airlines Flight 604, Boeing 737–300, SU-ZCF.
20Ibid. Экспертная команда Египта не пришла к тому выводу, что сделали американские эксперты.
21Kennedy Crash Bodies Recovered // BBC News. July 22, 1999.
22Student Pilot – Flight Training Online. Disorientation (Vertigo).
23Ibid.; Nolte E. Heart over Mind: The Death of JFK, Jr. URL: http://airlinesafety.com
24Student Pilot – Flight Training Online. Disorientation (Vertigo).
25Kennedy Crash Bodies Recovered // BBC News. July 22, 1999.
26U. S. Summary Comments on Draft Final Report of Aircraft Accident Flash Airlines Flight 604, Boeing 737–300, SU-ZCF.
27Документальный сериал «Расследования авиакатастроф» (Mayday).
28U. S. Summary Comments on Draft Final Report of Aircraft Accident Flash Airlines Flight 604, Boeing 737–300, SU-ZCF.
29Adelson E. H. Lightness Perception and Lightness Illusions // The New Cognitive Neurosciences. Cambridge, MA: MIT Press, 2000. P. 339–351.
30Thompson P. Margaret Thatcher: A New Illusion // Perception. 9 (1980). P. 483–484.
31Kanwisher N., McDermott J., Chun M. M. The Fusiform Face Area: A Module in Human Extrastriate Cortex Specialized for Face Perception // Journal of Neuroscience. 17; 11 (1997). P. 4302–4311.
32Sacks O. The Man Who Mistook His Wife for a Hat // New York: Pikador, 1970. [Сакс О. Человек, который принял жену за шляпу, и другие истории из врачебной практики. М.: АСТ, 2011.]

Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?

Читай где угодно
и на чем угодно
Как слушать читать электронную книгу на телефоне, планшете
Доступно для чтения
Читайте бесплатные или купленные на ЛитРес книги в мобильном приложении ЛитРес «Читай!»
Откройте «»
и найдите приложение ЛитРес «Читай!»
Установите бесплатное приложение «Читай!» и откройте его
Войдите под своей учетной записью Литрес или Зарегистрируйтесь
или войдите под аккаунтом социальной сети
Забытый пароль можно восстановить
В главном меню в «Мои книги» находятся ваши книги для
чтения
Читайте!
Вы можете читать купленные книги и в других приложениях-читалках
Скачайте с сайта ЛитРес файл купленной книги в формате,
поддерживаемом вашим
приложением.
Обычно это FB2 или EPUB
Загрузите этот файл в свое
устройство и откройте его в
приложении.
Удобные форматы
для скачивания
FB2, EPUB, PDF, TXT Ещё 10
Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте 3 книги в корзину:

1.2.