Ольга Ковалёва

а лучше всего, говорит, продай ты свою кислую дребедень в музей… вроде как какой-нибудь памятник…» Ну,

изнеможения. – Налево!.. – командовал Абрахас. – Теперь направо! За оврагом опять налево, а там прямо в гору! Когда они наконец добрались до избушки, лесничий уже еле стоял на ногах. Но Маленькая Баба-Яга спросила его без всякого сострадания: – Не хочешь ли ты, сыночек, порубить этот хворост? – Я его порублю, перевяжу и уложу штабелем! – пропыхтел лесничий, еле переводя дыхание. Так он и сделал. Когда он кончил – а времени прошло немало, – Маленькая Баба-Яга сказала: – Теперь ты можешь идти домой. Благодарю тебя! Такого милого и предупредительного лесничего я ещё не видала. То-то обрадуются старушки – собиратели хвороста! Ведь ты им тоже поможешь, не правда ли? Новый лесничий ничего не ответил. Молча побрёл он домой, качаясь от усталости. С той самой поры, завидя в лесу старушку, собирающую хворост, лес

Отфрид Пройслер Маленькая Баба-Яга

, и девочка спросила: – Дина, тебе приходилось пробовать летучих мышек? Но ответа

И большие и маленькие люди не прочь пожаловаться на свою слабость и хрупкость. А говоря по правде, и те и другие не так уж беспомощны, как им кажется»