Семен Роговин

Не расточай остатка жизни на мысли о других, если только дело не идет о чемлибо общеполезном. Ведь раздумывая о том, кто что делает и ради чего он это делает, кто что говорит, замышляет и предпринимает, ты упускаешь другое дело: все подобное отвлекает от забот о собственном руководящем начале.

Не думай о том, чего у тебя нет, как принадлежащем тебе. Выбери из  того, чем обладаешь, наиболее ценное и  сообрази, скольких усилий стоило бы его приобретение, если бы его у тебя не  было. Но остерегайся, как бы, сосредоточив внимание на этом, ты не переоценил его значения и не лишился спокойствия духа при его возможной пропаже.

Знай, что положен предел времени твоей жизни, и, если не воспользуешься им для собственного просвещения, оно исчезнет, как исчезнешь и ты, и более не вернется.

Жизнь – как пьеса: не то важно, длинна ли она, а то, хорошо ли сыграна

колонии не требуют издержек, отличаются наибольшей преданностью и сопряжены с наименьшими обидами для населения; обиженные же, как я сказал, будучи бедны и разрозненны, не имеют возможности вредить.

4 Не расточай остатка жизни на мысли о других, если только дело не идет о чем-либо общеполезном. Ведь раздумывая о том, кто что делает и ради чего он это делает, кто что говорит, замышляет и предпринимает, ты упускаешь другое дело: все подобное отвлекает от забот о собственном руководящем начале. Надлежит удалять из своих представлений все бесцельное и праздное, а в особенности все, внушаемое любопытством и злобой. Следует приучать себя только к таким мыслям, относительно которых на внезапный вопрос: «О чем ты теперь думаешь?», ты мог бы откровенно ответить, что о том-то и о  том-то. Эти мысли исполнены искрен

Люди ищут для себя уединения поближе к простой сельской жизни, где-нибудь на берегу моря или в горах. Ты тоже мечтаешь о чем-нибудь подобном, между тем это явное недомыслие: ведь есть возможность в любое время уединиться в самом себе. Нигде человек не уединяется так спокойно и безмятежно, как в своей собственной душе. Особенно тот, у кого есть внутри нечто такое, во что стоит только пристально вглядеться, как сейчас же станет легче. Это облегчение, по-моему, не что иное, как душевная благоустроенность. Вот этому уединению ты и предавайся постоянно, таким образом обновляя себя.