Колыбель мироздания: Падение

Текст
Автор:
Читать фрагмент
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
Колыбель мироздания: Падение
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Пролог.

На руинах древнего подземного города. Возле одного из сооружений, собралось несколько десятков тёмных фигур, облачённых в тёмные плащи, напоминающее вуаль самой смерти.

Когда собравшиеся рассредоточились кто куда, образуя один большой круг, из неоткуда, словно переступая из одного мира в другой, появился седовласый старец. Опираясь на весьма своеобразную трость, он, ковыляя своей неустойчивой походкой, направился в центр круга. Заняв своё место, он громко провозгласил.

– Рад снова вас видеть, братья и сёстры мои.

– Мы внемлем вашим словам и готовы служить, – склонившись, обмолвились все, приветствуя просвещенного.

– Великая Матерь узрела очередное тёмное пророчество. И, судя по всему, это именно то самое, роковое пророчество. Настал тот час, которого мы так страшились веками, храня его в секрете, в своих сердцах. Ибо Великая Матерь утверждает, что на кануне в наш мир проникла некая сущность, наделённая безмерно огромной силой безграничной. Одним лишь своим приходом в этот мир оно пошатнуло само мироздание, и разорвало ткань времени и пространства. И теперь она принялась изменять реальность, по своему усмотрению.

– …

– Вероятнее всего, это нечто древнее и потустороннее.

– Просвещённый. Ответьте. Как же нам быть?

– Если мы сейчас же ничего не предпримем, то на страдание и погибель будет обречён этот мир. Сиим я повелеваю вам! Заручитесь поддержкой высших сил. Неважно, старые это Боги или же новые. Но будьте предельно осторожны и действуйте аккуратно. Любой ваш не обдуманный ход может стать для нас последним.

– Всё непременно будет исполнено.

Все тени одна за другой начали исчезать, расплываясь в воздухе. И тут старец обратился к одной из исчезающих фигур.

– Влад, постой. У меня к тебе есть особое поручение, от Великой Матери.

– Я внемлю вашим словам, просвещённый, и готов действовать.

– Отправляйся на восток и присматривай за нашим братом. Хоть он и отрёкся от воли нашей Великой Матери, выбрав более спокойную и мирную жизнь, но Великая Матерь всё так же продолжает считать его своим чадом. Но помни. Ты не должен ему ничего говорить. Просто наблюдай за ним и не впутывай его во всё это, раньше времени. Когда придёт время, Великая Матерь сама даст ему обо всём знать. Такова Её высшая воля.

– Я вас понял. И буду нести волю Великой Матери.

Глава 1.

Ранним осенним утром барон Аскольд вместе со своей свитой, в сопровождении местных следопытов и кучей деревенских мужчин, возвращался с охоты. Впереди всех шли двое следопытов с ищейками, а вслед за ними на небольшом расстоянии ехал верхом охотник, вооружённый небольшой пикой и с подвешенным рогом на боку. Буквально за ним следовали псари с десятками собак, после чего всадники, предпочитавшие арбалеты и луки мечам. И эту колонну завершал простой люд, вооружившийся копьями. В центре же конвоя, сидя верхом на породистых лошадях ехали молодой барон Аскольд, а также старый вояка с проступающей сединой, командующий Лоуренс. А позади всех, замыкая процессию, тащились извозчики на своих низкорослых лошадях, которые кое-как тянули за собой набитые доверху повозки с добычей.

– М-да, уж… – пробормотал Аскольд, смотря на своих людей.

– Вы чем-то недовольны? – спросил командующий Лоуренс, поглядывая на хмурое лицо барона.

– Лоуренс, я, конечно, понимаю, что дичь нужна всем, но мы ведь уже возвращаемся домой, так зачем они продолжают выслеживать зверей? А ведь с гильдией торговцев у нас определённый договор. Они купят только шкуры и вот тогда спрашивается: куда же нам деть всю эту гору мяса, когда его и так навалом? – спросил Аскольд у Лоуренса, устало выдохнув.

– Ну, мясо никогда не помешает. Тем более, оно не скоро испортится, поскольку мы его уже обработали и везём на специальных повозках. А по прибытию большую часть можно будет заморозить, еще засушить или закоптить, для хранения. Да и на празднике урожая, думаю, народ обрадуется мясу. И все будут сыты и довольны. Так что не волнуйтесь, разберёмся как-нибудь, – ответил Лоуренс с легкой улыбкой на лице.

– Ну ладно, раз ты так считаешь, тогда пускай. Но, не думаю, что вблизи деревни к нам кто-то да выйдет, – и Аскольд продолжил мастерить, пытаясь закрепить к небольшой безделушке голубоватую веревку из сплетённых шерстяных нитей.

– Неужто вы его всю ночь делали? – поинтересовался Лоуренс, глядя на его работу.

– Ну да. Я думал о том, как Жанетт обрадуется моему подарку, и эта мысль не давала мне покоя. Из-за этого я не мог сомкнуть глаз. – ответил Аскольд. А затем радостно воскликнул. – Ну вот и всё, готово!

– Ух ты, вещица и впрямь вышла, как надо. Думаю, леди Жанетт будет весьма удивлена и очень обрадуется. Ведь она, получит от вас неожиданный подарок, так как вы возвращаетесь с охоты, а не из столицы.

– И правда. Наверное, так и будет. Или же нет?! – спросил Аскольд, размышляя о том, как воспримет подарок его жена.

– Не сомневайтесь. Судя по моему скромному опыту, я точно могу сказать, что каждой женщине будет приятно получить подарок от дорогого им человека, когда они совсем этого не ждут. Тем более, у Вас еще и самодельный подарок, сделанный своими руками. А такой подарок невольно наведёт Вашу жену на мысль, что Вы, находясь далеко от неё, думали только о ней. Хотя в вашем случае так оно и есть.

– А ты хорошо разбираешься в таких вещах, неудивительно, что некоторые дамы до сих пор заглядываются на тебя, даже зная, что ты женат.

– Не стану отрицать, в молодости я был тем еще мастаком в амурных делах, – ответил Лоуренс, широко улыбаясь и чуть ли не стуча себя по груди от гордости.

Заметив, что Лоуренс возгордился собой, Аскольд, жестикулируя и строя страдальческую гримасу, драматизирующим голосом произнёс:

– Ах, бедная миссис Эванс! Как же ей тяжело приходится с таким мужем в обществе, будучи одной в вечном противостоянии с новыми и новыми соперницами, – а затем, посмотрев на удивленное лицо Лоуренса, он громко засмеялся.

Но Лоуренс, никак не отреагировав, на его озорную выходку, вошёл в ступор. Он с потухшим взглядом начал, о чём-то серьёзно и громко размышлять. И тут Аскольд, подумав, что, возможно, он его обидел, забеспокоился. Привлекая его внимание, начал махать перед его лицом руками:

– Эй Лоуренс, ау, ты тут? Неужели ты обиделся? Я же пошутил.

Лоуренс медленно повернул голову к Аскольду. На его лице было высечено выражение обескураженности. Его зрачки расширились, а на лбу проступил пот, и с дрожащих губ наконец-то вырвались слова:

– А ведь Вы абсолютно правы! Бедная моя Ария. Я и подумать не мог, что ей так тяжко приходится. Пожалуйста, подскажите мне, что мне сделать, чтобы она была счастлива?

Глядя на растерянное лицо Лоуренса, Аскольд сам невольно растерялся пытаясь придумать, как же ему помочь. Но тут Лоуренс громко засмеялся и как ни в чём не бывало провозгласил:

– Да будет Вам, мой лорд! Прошу Вас, не берите в голову. Я ведь тоже умею подшучивать, в этом деле я мастак.

После выходки Лоуренса у Аскольда аж челюсть отвисла – от удивления.

– Моя жена и так знает, что она у меня единственная и ненаглядная, так что волноваться ей не о чем, – молвил Лоуренс, взирая на бескрайнее синее небо, – Тем более, она сама отдаст меня первой же встречной, если ей, что-то не понравится. Мол, не нужен я ей стал за годы службы, она у меня вполне себе самостоятельная. Хотя иногда даже ей бывает необходимо тепло от того, кто ей по-своему, но дорог. Ну вы поняли, о чём я… – после чего, на его лице вновь появилась прежняя широкая улыбка, с недостающим зубом посередине.

Смотря на его улыбку, Аскольд и сам улыбнулся. А Лоуренс, заметив улыбку барона начал кривляться, из-за чего Аскольд не удержался и начал тоже хохотать от всей души.

Двигаясь всё дальше, Лоуренс подсмотрел, как Аскольд убрал свой подарок в карман мундира, и спросил:

– Я и подумать не мог, что вы хороши не только в охоте, но и в тонком ремесле. Откуда же истоки ваших талантов?

– Ну, это всё от моего отца. Еще с малых лет он брал меня с собой на охоту, и первым делом заставлял разделывать первую добычу, а по возвращению учил делать из найденных вещей и костей всякие сувениры. Это было его этакое увлечение, которому он обучил и меня. Признаться, мне это жутко не нравилось. Однако, сейчас я ему благодарен, покуда начал понимать ход мыслей отца. Ведь создание таких вещей само по себе увлекательное занятие и требует кропотливости, что хорошо помогает скоротать время, когда ночь длинна, а до утра еще так далеко. Вдобавок, находясь здесь, вне томящих стен замка, я вдоволь надышался свежим воздухом живой природы и насладился охотой. Так-то я хорошенько отдохнул от всей этой городской суеты и повседневной рутины, и теперь с ясным умом и новыми силами возвращаюсь домой, к любимой жене, да еще и с небольшим подарком.

– Вот как, – изрек Лоуренс, а затем помрачнев и слегка опустив голову сказал. – Ваша милость, признаться честно… Когда меня известили о том, что из столицы прибудет новый лорд на место нашего, почившего лорда, мне казалось, что Вы, как чужеземец, будете более отчужденно относиться к нашим обычаям и не станете чтить наши традиции. И, учитывая то, какие слухи ходили о Вашем прошлом, мое мнение о Вас было не самым лучшим. Именно поэтому я был несколько осторожен и холоден по отношению к Вам. Держа ухо в остро, я внимательно наблюдал за Вашим действиями, ожидая от Вас какой-нибудь подлости, что свойственна людям высших чинов.

Спокойно выслушав его слова, Аскольд неторопливо ответил:

– Ясно. Так вот, что так тревожило тебя поначалу. А я-то думал, почему ты столь недоверчив ко мне. Ненароком даже всплывала мысль о том, что может быть это из-за того, что вами руководит молодой и неопытный лорд.

– Вы не подумайте, я так не считаю. Раз уж Вы удостоились титула барона не по наследству, а по заслугам, то сомневаться в Вас не стал бы. Но то, что говорят о Вашем сомнительном прошлом, оставляет желать лучшего.

 

– А ты настойчив. Эх, а я-то хотел увильнуть от ответа, поскольку совсем не горжусь своим прошлым и не хочу распространяться об этом. Однако, раз ты настаиваешь, то я скажу вот что. Раньше я абсолютно не видел никакой разницы между добром и злом. Но встретив Жанетт, я переменился, само моё естество изменилось, именно она научила меня ценить, сострадать, а также тому, как надо любить. И то, каким я стал сейчас, это, в общем и целом, заслуга моей жены. Если бы не её поддержка, я бы не достиг всего того, что имею.

– Да, леди Жанетт и впрямь мудрая женщина. Но Вы тоже человек с большой буквы. К тому же, Вы очень добрый и даже слишком – для дворянина. Вы открыто и без отвращения говорите и даже помогаете простым крестьянам, от которых несёт за версту.

На это Лоуренс, слегка потупившись, в знак своей вины, произнёс.

– А я был глупцом и вечно сомневался в Вас. И день ото дня я ждал от Вас очередной ошибки или подлости. Думая, что все дворяне, точно такие же, как и наш предыдущий лорд, злые и алчные люди. Я даже однажды выставил меч против Вас. Но Вы доказали, что даже среди знати, бывают добрые люди. Я вёл себя не подобающе, и даже грубо по отношению к Вам, вышестоящему чину, за что нижайше прошу у Вас прошения.

– Вот как. Что ж, ладно, я тебя прощаю, – равнодушно ответил Аскольд

– Ваша милость, Вас что это не смущает? – слегка удивился Лоуренс.

– А что, меня это должно волновать? – переспросил Аскольд, а затем, смотря на поникшего Лоуренса, у которого на лице было написано, что его терзало чувство вины, ответил:

– Подними голову, Лоуренс, тебе не за что просить прошения. Ибо такое мнение я не считаю столь уж тяжким проступком. Я же вижу и понимаю, что ты действовал в интересах своих людей, поскольку не доверял мне, что вполне себе естественно. Уж не знаю, каких нелюдей тебе довелось повстречать в своей жизни, чтобы ты начал думать в таком свете. Но сейчас правящим лордом этих земель являюсь я. А раз так, то это значит, что ваши традиции будут соблюдаться. И говорю я это не просто так, для красного словца. Ведь я еще до прибытия изучил и рассмотрел все отчеты и письменные изложения ваших традиций. И поверь мне, я не посчитал ни одну из ваших традиций аморальной, а это значит, что я не буду против.

Услышав ответ, Лоуренс мельком улыбнулся и сказал:

– Вот как, как же глубоко я заблуждался на Ваш счёт. И всё же я весьма рад, что именно Вы стали нашим новым лордом, а не кто-то еще.

– Право не стоит, ведь изначально я тоже, как и ты, был слеп. Я думал раз уж в моих владениях – захудалый городок с небольшим населением, а на просторах лишь аванпост да деревня, и повсюду сплошной лес. А руководить я буду лишь крестьянами, помешанными на урожае. Но как оказалось, я тоже ошибался так, как не зрел вглубь. Так что мы в расчете.

– В итоге мы оба ошибались, – изрек Лоуренс и посмотрев вперед, указывая пальцем, добавил, – вон, посмотрите, верхушка векового дуба показалось. Вот мы и добрались до него. Мы дома.

Услышав слова о доме, Аскольд в пылу эмоций аж просиял лицом, и поскакал вперед, а вслед за ним и Лоуренс. Добравшись до спуска с холмов, он, радуясь засмотрелся на свои скромные, но весьма красивые владения с возвышенности. Затем, обернувшись к Лоуренсу, высказал следующее:

– Что ж, остальное я поручаю тебе, Лоуренс, проследи за тем, чтобы весь груз доставили в гильдию торговцев. Я договорился с ними, что они возьмут все расходы с сегодняшнего фестиваля урожая, в обмен на шкуры. Кстати, некоторые независимые от гильдии торговцы упоминали, что они так же готовы будут помогать в приготовлении и раздаче мяса для народа, в обмен на скромную долю от добычи. Ну, в общем, разберёшься. Основными хлопотами будут заниматься люди из гильдии, а тебе лишь предстоит проследить, чтобы фестиваль прошёл, как надо.

– Будет исполнено, мой лорд, – кивнул головой в знак согласия Лоуренс.

– А, и кстати, не забудь и самому выкроить время, чтобы провести время с женой на празднике. Ну ладно, бывай, – поручив задание Лоуренсу, Аскольд, умчался вперед на всех парах, думая о своей жене.

Глава 2.

Спустившись с коня возле своего особняка, Аскольд, приговаривая, ласкал его по гриве.

– Накорми и напои его как следует, – он передал подошедшему конюху поводья, – он изрядно постарался на охоте.

– Будет исполнено, – взявшись за поводья поклонился конюх

В это время Жанетт вышла встретить своего мужа.

Она, будучи очень красивой женщиной, всегда одевалась весьма скромно. Но в этот день Жаннет облачилась в роскошный черный наряд, и сделала совершенно новую, ранее не виданную укладку волос, а потому выглядела просто изумительно. И хоть они были женаты уже несколько лет, каждый раз при виде неё его сердце трепетало. Точно так же, как и в момент их первой встречи, когда он безвозвратно и окончательно влюбился в неё. От радости встречи с ней Аскольд ласково поприветствовал её.

– Здравствуй, Жанетт.

Но в ответ она ему не промолвила и слова. Жанетт тихо и гордо стояла на крыльце, как изваяние. А за её хитрыми глазами, смотрящими на него сверху вниз и мимолетной улыбкой, скрывалось нечто коварное. Точно так же, как лисица -искусительница, укрывается своим густым хвостом в момент брачных игр, Жанетт так же, лёгкими движениями рук, приподняла пушистый и объемный белый воротник и укрылась за своими алыми локонами волос, приподнятыми вслед за воротником. Её зелёные глаза хищным взглядом, буквально впитывали и пожирали беспокойное сердце Аскольда, отчего ему становилось ой как не по себе. Ему казалось, что он сам, буквально став добычей, медленно шёл на растерзание к хищнику. Но как только осталась парочка ступенек, чтобы дойти до неё, она, резко отведя взгляд в сторону, развернулась и ушла. Вернувшись в особняк, она закрыла за собой дверь, а вслед за этим последовал и необычный звук того – как дверь закрывалась на ключ, а затем и вовсе на засов.

– Что? – удивленно промолвил Аскольд.

Не поняв, что происходит, он добрался до двери и потянул за ручку. Но дверь и вправду была заперта.

– И как это понимать? Что вообще тут происходит?

В попытках войти в свой же дом он начал кричать и стучать в дверь, требуя, чтобы его впустили в дом. И через мгновение за дверью послышался знакомый голос.

– Господин Аскольд, прошу меня простить, но я не вольна отпирать Вам дверь. Уж извините, пожалуйста.

Услышав эти слова, Аскольд понял, что это была мисс Хадсон экономка, которая была его кормилицей ещё с тех пор, когда совсем крохой он потерял маму.

– О, мисс Хадсон, это вы? Не говорите так, и откройте мне дверь.

– Господин, я же Вам сказала, что не могу открыть.

– Это еще почему? – раздражённо, спросил Аскольд.

– По приказу госпожи Жанетт, Вам не дозволено войти в дом, пока Вы повинны. А если я ослушаюсь её и впущу Вас в дом, то нас обоих будет ждать наказание, и при том вы получите то же наказание, что выпадет и мне, но в более жестком виде, даже еще и в десятикратном размере. А допустить такое, увы, я никак не могу. Так что, не серчайте. Покуда Вы не искупите свою вину, перед госпожой, в дом пустить не могу.

– Вот как. Но я даже не понимаю, на что она вообще злится.

– Я точно не уверена… Но в тот день, перед вашим уходом на охоту, госпожа очень радовалась и даже впервые попросила меня выбрать для неё роскошное платье для вечера. Говорила, что сегодня будет памятная дата. Но вы видимо не только забыли, что это был особенный и важный день, но и уехали от неё на несколько дней, на охоту. Естественно, она расстроилась. И как женщина, я её очень понимаю.

– Несколько дней назад, когда я ушел на охоту?

– Видать Вы сами должны знать, что это был за день. Ведь он был для неё особенным, поскольку, госпожа назвала его памятной датой.

Аскольд ломал голову, пытаясь понять, что же это был за день такой. И вдруг его словно осенило, после чего, он спросил:

– Скажи, а куда ушла Жанетт?

– Не знаю специально ли, но она сказала, что и видеть вас не хочет, но при этом упомянула, что будет в оранжерее.

Аскольд, улыбнувшись спросил еще раз:

– А что делает Эвилин? С ней всё хорошо?

– Да, с госпожой всё хорошо. Сейчас правда она спит, видать умаялась бедняжка. Она по Вам очень сильно скучала и несколько дней старалась, готовя для Вас подарок.

– Ути, моё солнышко. Соскучилась значит по папочке, – сказал Аскольд, обрадовавшись услышанному – Спасибо, как всегда, выручила, обожаю тебя, Нана, – и отправился обходить особняк.

А мисс Хадсон, стоя за дверью, услышав его слова, раздражённо пробубнила себе под нос.

– Ну вот опять он назвал меня Наной, сколько раз я ему говорила, не называть меня так! – Но потом, меланхолично улыбнувшись вспоминала. – И всё-таки, это приятно, что он иногда забывается и относиться ко мне, как к матери. Ведь он стал звать меня этим именем, поскольку его отец, запрещал называть прислугу мамой, но он не растерялся и взамен слову, «мама» стал называть, меня Наной. Видать, с тех пор, это имя стало для меня вторым и будет со мной до самого конца. Надеюсь, у моего мальчика, всё же получится помириться с госпожой.

***

Взобравшись на балкон оранжереи, Аскольд увидел за стеклянной стеной свою жену, лежащую на подвесной скамье и сосредоточенно читавшую небольшую книжку. И хоть прошло совсем немного времени, но она уже успела распустить причёску и сменить наряд на более свободное и легкое синее платье. Окружённая сотнями цветов, она лежала, раскачивая босую ногу и поглаживала кончиками пальцев травку.

Подойдя к двери, ведущей к выходу на балкон, он опустился на одно колено, и как всегда, своим спокойным, но в тоже время ласковым голосом, позвал её:

– Миледи, не удостоите ли Вы чести уделить минутку внимания вашему скромному воздыхателю?

Похожим образом он обращался к ней в день их знакомства. Хоть этот день и не был первым днём их встречи, но этот день был первым днем, когда он впервые заговорил с ней, и познакомился.

Услышав голос мужа, она увидела, что он стоял за стеклянной дверью, склонив перед ней одно колено. От увиденного она просияла. Но будучи в образе обиженной на него, Жаннет не стала сразу открывать ему дверь, а лишь мило улыбнулась в ответ и отложила свою книжку в знак того, что он смог привлечь её внимание.

Тем временем Аскольд, взяв из кармана свой подарок и пряча его в ладони, поднёс его к губам и, прикрывая пальцами обеих рук, слегка дунул в него. И вдруг Жанетт услышала весьма приятный звук и по мере того, как Аскольд продолжал дуть, этот звук начал превращаться в некую красивую мелодию.

Жанетт наслаждалась этой мелодией до тех пор, пока Аскольд не перестал играть. После небольшого своеобразного концерта он, глядя на неё, всё же медленно начал приоткрывать свой подарок. Жанетт с толикой любопытства наблюдала, как его пальцы раскрывались все больше и больше. В конце концов, она узрела, что посреди его ладоней лежал небольшой кулон-свисток синего цвета, с вырезанными на нём узорами. По форме и структуре он был похож на соединение двух капель воды, которые, слившись вместе, образовывали форму сердца. А из середины сердцевины, струясь, возвышались две трубочки с щелью, расходившиеся по краям, одна из которых была тонкой, а другая более толстой, в котором была закреплена сплетённая веревка голубоватого цвета.

Аскольд, одаривая жену улыбкой, промолвил:

– Это мой небольшой подарок для тебя.

Встав с кресла, Жанетт босиком прошлась по зеленой травке и, подойдя к двери, не спеша открыв её, сказала:

– Так уж и быть, можешь зайти.

Обрадовавшись, он, встал с колен и, подойдя к жене, крепко обняв её, сказал:

– Дорогая, я вернулся! Боже, ты не представляешь, как же я соскучился по тебе.

Но слова были лишними, поскольку даже по простому объятию Жанетт поняла то, как сильно он скучал по ней. Просто радуясь тому, что он рядом с ней, она, обняв его в ответ, сказала:

– Я тоже… Прости, что заперла дверь… Но ты это заслужил.

– Да. – одаривая жену тёплой улыбкой, ответил Аскольд.

Стоя в обнимку с ним Жанетт растрогалась, слегка опустив голову и уткнувшись в его одежду спрятала, своё лицо и сквозь захлестнувшие её сильные порывы эмоций, тихо произнесла:

– Дурак, я же так готовилась к этому дню, а ты… Даже не вспомнил о нашем дне. А ведь я в тот день даже впервые попросила совета у мисс Хадсон, что мне предпринять, чтобы выглядеть для тебя хорошо. Специально принарядилась, желая обрадовать тебя. Но ты ушёл, даже не зайдя в дом. А когда я выбежала наружу, ты лишь помахал рукой в знак прощания и умчался вдаль.

– Не спорю. Я виноват, – как всегда спокойно, ответил ей Аскольд, медленно поглаживая ее по волосам. – Прости, что пропустил столь важный день.

 

Затем нежно поцеловав Жанетт в лобик, Аскольд отступил на полшага и, собрав в кончиках пальцев слёзы с заплаканных глаз жены, сказал:

– Прости что ушёл в тот день. Хотел бы я всё исправить, но я не могу повернуть время вспять… Однако, как бы банально это не звучало, могу лишь сказать, что все эти дни, я то и дело думал о тебе. И этот подарок тому доказательство, – приподняв руку, он показал ей синий кулон-свисток в форме сердца, который он держал за веревочку.

Взяв Жанетт за руку, он опустил свой подарок в раскрытую ладонь и, одаривая её своей искренней улыбкой, тихо сказал:

– Это мои чувства к тебе.

Переполненная чувствами, Жанетт посмотрела на него заплаканными глазами и, пытаясь вдохнуть немного воздуха, всё же решила отблагодарить его за подарок. Схватившись за воротник мундира мужа, она, притянув его к себе, встав на цыпочки, поцеловала его в губы.

– Спасибо, – тихо молвила, с нежностью глядя в его глаза.

Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»