Читать книгу: «Хранитель и Виринея», страница 2

Шрифт:

– А, совсем забыл, – повернулся к нему мужик, не доходя до густых ветвей, – телега твоя там, выше по течению осталась, и ведро за корягу зацепилось, палкой снять можно. Ну, теперь бывай, – и на этот раз он, уже не оглядываясь, скрылся в густой зелени.

Антон не двигался. В его голове никак не укладывалось то, что незнакомец ему поведал: что значит проклятый?

«Это вообще как понять? А что значит – ты не стал волком, а всего лишь щенком? А почему мне нельзя мыться? Теперь что, вечно грязным ходить? Это, вообще, ни в какие рамки не лезет. Куда его, блин занесло? И как я должен здесь жить? – От вопросов голова распухала, но ответов не прибавилось. – Если я проклятый, значит, никто не может меня касаться? Бояться заразиться, что ли?»

Антон невесело улыбнулся. Как там любила говорить тётя Света: чем дальше в лес, тем больше дров. Похоже, в его лесу остались одни дрова.

Он поднял мокрую рубаху и отправился вверх по течению искать ведро и телегу. Хорошо, что день был тёплый, а то после такого заплыва замёрз бы окончательно. Ведро, и правда, висело зацепившись дужкой за сук упавшего дерева. Он нашёл палку и, подцепив за дужку, вытащил свой инвентарь.

Когда он вернулся, брюхатый хозяин постоялого двора, куда Антона занесло проказливой судьбой, уже ждал его, похлопывая кнутом по ноге. Тело Антона среагировало быстрей него. Голова втянулась в плечи, он ссутулился и постарался проехать мимо. Не тут-то было! С виду немолодой хромой мужик оказался намного шустрее, несмотря на свои внушительные размеры. Быстро развернувшись, он в несколько шагов догнал его, размахнулся и стегнул парня по спине. От удара худенькая спина дернулась, и Антон выронил краюху хлеба на землю.

– Ах, ты шавка, – заорал, хозяин, – ты, где хлеб спёр?

– Я не пёр, – Антон изо всех сил старался сдерживать себя, чтобы снова не наброситься на обидчика, – меня мужик на реке угостил.

– Это, за какие такие заслуги он тебе хлеба дал, – приблизившись к парню, краснолицый хозяин дыхнул на него запахом лука и гнилых зубов.

Антона передёрнуло. «Только бы не сорваться… Только бы не сорваться…» – стучало молоточками в мозгу.

– Я в реку свалился, а он вытащил, – постарался спокойно ответить он, хотя внутри всё тряслось от напряжения и отвращения. Он ненавидел в этот момент себя, но надо было как-то продержаться, пока он не разобрался что к чему.

– Он что, касался тебя? – вытаращил глаза мужик. – Не ври мне давай! – прикрикнул он. – Никто бы не стал тебя трогать.

– Так он и не касался, за ворот рубахи подцепил. – Антон произносил про себя детскую считалку, чтобы не озвереть от происходящего. «Раз, два, три, четыре, пять, – медленно, сцепив зубы, проговаривал он каждое слово, – я иду тебя искать. Кто не спрятался, тот не виноват. А может и виноват», – он, совсем забыл, как правильно, но сейчас это было неважно, главное, выдержать.

Он не мог позволить в данный момент, чтобы его вышвырнули, пока он ничего не узнал про то место, куда попал.

У мерзопакостного хозяина водовоза была лишь одна хорошая черта – он быстро загорался, вспыхивая, как спичка, и так же быстро перегорал. Вот и сейчас он довольно быстро успокоился. Пробурчав что-то про то, что нечего шляться, где не велено, и вода должна была быть уже давно привезена, он, вроде как, поуспокоился.

– Давай, выливай и отправляйся скорей назад. У нас несколько постояльцев собрались ванну принять, так что нечего здесь прохлаждаться.

– Выливать куда? – спросил, не подумав, Антон. Мужик медленно повернулся и удивлённо уставился на него.

– Ты чего? – переспросил он, сверля его глазами.

– Ничего, – Антон пожал плечами, – просто уточнил, – и попятился от наступающего на него хозяина. – Я просто спросил, – подняв руки вверх, пролепетал парень.

– Ты смотри мне, – погрозил ему пальцем мужчина, – как память потеряешь, так сразу и вылетишь.

«Час от часу не легче, – голова уже распухла от всего, – это ещё что за беда?»

– Да знаю я, знаю, – закивал головой Антон, и поспешил к бочке.

«А была, не была», – подумал он и покатил телегу за дом. Мужик проводил его недоверчивым взглядом.

За домом обнаружилась ещё одна дверь. Распахнув её, Антон подкатил бочку и увидел разные по размеру деревянные ёмкости.

– О, Лешок, – разулыбалась полная женщина в белом переднике и цветастой косынке на голове, – привёз водицы. Что-то ты сегодня припозднился? – она подошла к нему и с заговорщическим видом положила рядом с ним голую кость. – На вот, возьми, ночью погрызёшь.

Антон стоял столбиком и смотрел на неё во все глаза. Он что бывает такой голодный, что даже сырые кости по ночам грызёт, однако живот тут же заурчал и рот наполнился слюной. «Кошмар какой-то, – пронеслось в голове, – надо скорее думать, как отсюда сматываться».

– Бери, бери, не скромничай, только спрячь сразу, чтобы Тюря не увидел.

Антон чуть не переспросил женщину кто это, но вовремя прикусил язык. Взяв угощение, он быстро сунул кость за пазуху, поблагодарил от души женщину, правда, больше за заботу, чем за подношение, и принялся переливать воду. Когда большая бадья была полная, он случайно заглянул туда и отшатнулся. Потом глубоко вздохнул и снова посмотрел. Из воды на него взирал далеко не мальчик – лицо без возраста, тёмные волосы, кожа, изрытая глубокими морщинами, и, пожалуй, только глаза на этом лице были живыми, странного, вроде как зелено-голубого цвета.

– Ты кого там увидел, Лёха? – рассмеялся босоногий мальчишка с метлой. – Облезлую дворнягу, что ли?

– Тихон, а ну паршивец, чем зубы скалить, иди-ка отсюда вон! Поди лучше двор подмети!

Антон вздохнул, вылил остатки воды и покатил назад в лес. Проезжая по двору, поднял с земли краюху, подул на неё, посмотрел по сторонам и отправил к косточке. Он не мог объяснить свои действия, но тело пока ещё жило какой-то своей жизнью, а он, как сторонний наблюдатель, только мог молча следить за происходящим.

В течение дня он ещё два раза съездил за водой и к вечеру еле таскал ноги. Забрался в свою комнатушку, больше похожую на чулан под лестницей, упал на дырявый тюфяк, из которого торчала солома, и провалился в сон. Ему показалось, что он совсем не спал, когда страшные судороги начали сотрясать тело, деформируя костяк, жилы и кожу. Примерно через полчаса в комнате на тюфяке стоял чёрный, тощий, местами облезлый щенок. Он жалобно поскулил и поскрёбся в дверь. Та распахнулась, и он ползком выполз из каморки, направляясь к выходу.

Дом уже спал, однако входная дверь была не заперта. Толкнув её носом, он выскочил на улицу. Втянул носом ночной воздух, полный будоражащих обоняние запахов, несущихся со всех сторон, взвизгнул от радости и понёсся по дороге в сторону леса.

ГЛАВА 3

Антон не мог понять, как он стал собакой, но это ощущение пугало и будоражило одновременно. Вылетев без приключений за границу поселения, он ощутил полной грудью чувство свободы, от которого слегка кружилась голова. Тявкнув несколько раз от полноты чувств, распиравших его, он помчался в лес, проверять, не стащил ли кто его заначку, заботливо припрятанную ранее.

Лес был полон удивительных запахов. Антон словно раздвоился. Одна его часть приобрела звериную сущность. Он точно знал, что учуял зайца, хотя раньше понятия не имел, как он пахнет, встретившись с лисой, погонял её по лесу, стараясь схватить за пушистый хвост, пока той не надоело, и она, резко развернувшись, чуть не куснула его за нос.

Щенок облаял противную, с его точки зрения лису, ничего не понимающую в погоне, и отправился за своей костью и корочкой хлеба. Разрывая лапами землю, он похвалил себя, что не выкинул лакомство, сжевал краюху и долго мусолил голый мосол, отгрызая всё, что можно откусить.

Ночь постепенно подходила к концу, и надо было возвращаться. Он бежал назад к постоялому двору, с грустью посматривая по сторонам. Хотелось ещё побегать, но что-то заставляло его вернуться. Пролез в дверь и потихоньку заполз в свою маленькую каморку, свернулся в комочек и постарался заснуть. Как только стало светать, сильные судороги вновь стали ломать тело, выгибая и скручивая, и вскоре на тюфяке опять лежало неказистое человеческое тело.

Утром Антон проснулся, как от толчка, и уставился в темноту. Потом осторожно приоткрыл дверь и выглянул. Рассвело, дом только начинал сбрасывать с себя ночную тишину.

Встречаться ни с кем не хотелось, поэтому он быстро проскользнул по коридору, выскочив на улицу, подхватил за ручки телегу, и быстрым шагом ушёл со двора. Городок только просыпался, но уже встречались спешащие по своим делам горожане.

Сейчас можно было более детально рассмотреть место, куда он попал. Деревьев почти не было. Пересекающиеся с мощёной мостовой улочки казались Антону узкими и кривыми. Изгибаясь словно змеи, они расходились в разные стороны. Некоторые из них были совсем короткие и заканчивались тупиками, которые просматривались с основной улицы. Антон шёл не торопясь, знакомясь с новым миром, в который его занесло.

Теперь он, во всяком случае, знал, почему его называют щенком. Ощущение было не совсем обычным и что греха таить, не совсем для него приятным. Вспомнились фильмы про оборотней и Диана, любящая читать всякую муру про несуществующие миры. Он тогда над ней посмеивался, а она обиженно надувала губы. Но те оборотни играли мышцами и поражали всех своей силой, а он? Разве мог он тогда подумать, что станет обычной блохастой шавкой, по совместительству подрабатывающей водовозом?

День пролетел незаметно, он молча таскал воду, стараясь, как можно меньше попадаться на глаза Тюре. Так прозвали хозяина работники постоялого двора, за его любовь кормить их непонятно из чего сваренной кашей.

На самом деле того звали Петро, и был он скор на расправу и неимоверно скуп. Пожалуй, только этим и объяснялся тот факт, что он взял проклятого оборотня на работу водовозом. Он просто ничего ему не платил, изредка подкидывая старые вещи, чтоб не ходил уж совсем голым, пугая постояльцев, и раз в день давал неполную миску часто подгоревшей каши.

Народ на постоялый двор заезжал разный, от водовоза шарахались, как от чумного, некоторые окриками пытались отогнать его подальше. Редко кто, вероятно сжалившись, бросал ему краюху хлеба или обглоданную кость на землю.

Именно от всего этого Антон и убегал в лес. Вскоре он приладился таскать воду так, что вообще перестал попадаться хозяину на глаза, точно зная, когда тот изволит трапезничать, и быстро пробегая по двору, чтобы никто его не увидел. Сердобольная кухарка Агапия подкармливала его периодически костями, а то и объедками со столов. Он бережно собирал их и закапывал в лесу, угощая своё худощавое второе я, в виде беззлобного тощего щенка.

Прошло несколько недель, Антон особо ничего не узнал про место, куда его занесло, но кое-что накопать ему всё же удалось. Сейчас шёл тысяча третий год от сотворения Великих гор. Что это за сотворение Антон спрашивать побоялся, но предположил, что, скорее всего, было крупное землетрясение. Городок назывался Устолье, от столицы Клориады находился на расстоянии примерно пятидесяти трёх вёрст. Как он не пытался понять, как называется страна, но так ничего и не разобрал. Мир Пришлых Странников, так называли местные жители свой мир

В городке единолично правил князь, поговаривали, что он был дружен с нечистой силой. Его замок находился с северной стороны, именно поэтому Антон его и не увидел, хотя хотелось взглянуть на это творение архитектуры. В его памяти вставали грандиозные исторические замки Восточной Европы.

К себе мужчина стал относиться двойственно. Пришлось принять, что он – это не совсем он, а ещё маленький комок не очень хорошей шерсти, однако наделённый по отношению к нему большой любовью и заботой. То, что собаки преданны, Антон знал с детства, хотя и не пришлось заиметь такого друга. Но он и предположить не мог, что ночами станет превращаться в хвостатого мелкого пса.

Но что удивительно, чем дольше он находился в теле проклятого водовоза, тем больше осознавал, что эта участь гораздо лучше той, что была ему уготована ранее. Он точно не хотел быть прикованным к кровати. Особенно ночами, когда он был абсолютно свободен в выборе своих действий.

****

В одну из ночей маленький пёс и отправился исследовать ночной город. Ориентируясь на запахи, он побежал по мощеной мостовой, полагая, что дорога выведет его к главному зданию. Стояла чернильная тьма, луна спряталась за плотные тучи, ещё с обеда клубящимися над городом.

Щенок осторожно крался вдоль улицы, стараясь никому не попадаться на глаза. В зажиточной части города появились тускло светящие фонари. Несколько раз мимо пробегали дворняги, не обращавшие на него никакого внимания.

Замок он увидел сразу же, как только выскочил на городскую площадь. Огромное величественное творение из камня, с высокими башнями, уходящими в небо, огражденное неприступной стеной и рвом, через который был переброшен мост.

Антон удивился, почему он, как только попал сюда, сразу не увидел столь массивное строение. Осторожно, прижимаясь к домам, пробежал по краю площади – хотелось осмотреть замок со всех сторон.

Щенок недовольно порыкивал, ему явно не нравилась затея, но Антон его не слушал. Внезапно собака затопталась на месте, отказываясь подчиняться, и быстро юркнула в кусты. И сразу откуда-то донеслись голоса.

– Принесла? – поинтересовался хриплый мужской бас. – Покажи!

– Ты, князь, полегче-то налегай, – женский голос был резким и независимым. – Я тебе не нанималась, чтобы ты мной командовал. Ты просил найти, я подумала и поискала, но отдавать просто так не собираюсь.

– Без имён давай, – в хриплом басе появились недовольные нотки. – Что хочешь взамен?

– А то ты не знаешь! Мы же договаривались. Я давно его вернуть должна на место. Отдашь, и я отдам то, о чём просишь.

Маленький пёс, дрожа от страха, пополз вперёд. До колик в животе надирало посмотреть, кто там впереди. Они стояли в темноте, куда не попадал свет фонарей, и потому их совсем не было видно, до Антона лишь доносились их голоса.

– Нет, так не пойдёт, я не согласен, мне он нужен прямо сейчас.

– А это не моя забота, князь, а твоя. Тебе нужен, ты и решай.

– Не боишься, – прошипел сквозь зубы владелец хриплого голоса.

– Тебя, что ли? – в голосе послышалась насмешка. – Сильно велика для тебя будет честь, князь, если я стану бояться.

Послышались шорохи и шаги, и через минуту в полосу света шагнула закутанная в плащ высокая женская фигура. Мужчина дёрнулся было последовать за ней, но передумал и на свет выходить не стал, щенок только опять уловил из тьмы едва слышимые голоса.

– Курва, – выругался хриплый. – Слышал? – коротко обратился он к кому-то. – Тогда что стоишь?

Через несколько секунд тёмная фигура, кому-то едва слышно свистнув, последовала за женщиной. Антон крадучись устремился за ними. На его глазах разворачивалась драма, и он твёрдо намеревался этому помешать. Щенок, как ни странно, молчал.

Мужчины словно растворились в воздухе, а женщину он вскоре догнал. Она шла быстро, полы плаща развевались за ней, словно крылья чёрной птицы. Щенок не спеша трусил следом. Они практически дошли до окраины города. Маленькие тёмные хатки бедняков почти вплотную стояли друг к другу. Женщина шла, не сбавляя шаг. По всей видимости, она прекрасно ориентировалась в темноте.

Внезапно тёмная фигура перегородила ей дорогу.

– Куда спешишь, милочка? – медленно приближаясь, проговорил мужчина, доставая из-за пояса нож. На мгновение прорвавшийся из-за облаков лунный луч блеснул на лезвии клинка.

– Ну, наконец-то! – незнакомка скинула с головы капюшон. – А то я уже стала подумывать, что князь соизволил исправиться.

– Сама отдашь или придётся забрать? – поинтересовался нападавший.

– Попробуй, – она лёгким движением откинула плащ в сторону и теперь стояла в мужских штанах и рубахе.

Антон разглядел лишь светлые волосы. Мгновение, и мужик ринулся на неё. Она от него легко увернулась, и он по инерции пробежал то место, где она только что стояла.

– Не попал, – тягуче пропела она.

Нападавший резко вскинул правую руку и что-то кинул, и Антон догадался, что он метнул нож. Женщина тут же взмахнула рукой, и нож, зазвенев, отлетел от какой-то преграды, что встала перед ней. Антон проморгался и ничего не заметил.

«Что за ерунда? – мелькнуло в голове. – У неё там щит, что ли?»

Женщина настороженно следила за соперником. Однако тот не собирался сдаваться, очередной нож, вжикнув, отлетел от преграды. Мужчина, словно хищный зверь ,перемещался туда-сюда, она плавно уходила от него.

Щенок глухо заворчал, и Антон увидел ещё одного. Именно к нему пытался развернуть нападавший свою жертву спиной. Стоящий в тёмном углу мужчина целился из арбалета.

Решение пришло моментально – маленький пёс ринулся в атаку. Высоко подлетев в воздухе, он впился мёртвой хваткой в держащую арбалет руку. Бандит, не ожидавший такого, вскрикнул и попытался стряхнуть зверя с себя. Но не тут-то было! Пёс, словно клещ, висел до тех пор, пока мужик, размахнувшись, не стукнул его о забор. От удара зубы клацнули и разжались, и щенок кубарем улетел в ближайшие кусты.

Он ещё услышал сквозь туман в голове, что женщина что-то проговорила, до него донёсся её мелодичный голос, дальше раздались крики и звуки борьбы, и сознание Антона отключилось. Пришёл он в себя оттого, что кто-то гладит его по голове.

– Ну, блохастый, – приговаривал женский голос, – ну давай, приходи в себя, уже всё хорошо. Ну, вот, – рассмеялась она, – очнулся. Спасибо тебе, блохастый, что подстраховал, а то я, видать, немного заигралась. Прости, но угостить тебя совсем нечем. Хотя, погоди, – она залезла в карман и достала маленький сухарик, – на, возьми, съешь на досуге.

Сунув ему в пасть сухарь, она поднялась, прошла лёгкой походкой, подняла отброшенный ранее плащ, накинула на себя и ушла в сторону леса. Пёс же, жалобно заскулив, повернул к постоялому двору. Сухарик он бережно держал в зубах, чувствуя от него едва уловимый запах незнакомки. Где нападавшие, его не интересовало. Да и какое ему до них дело?

****

Ранним утром он едва выполз из своей каморки, всё же вчера его хорошо приложили. Что там сочиняли в фильмах про оборотней, что у них хорошая регенерация? «Не верьте! – хотелось прокричать ему. Во всяком случае, на себе он это не испытал. Тело нещадно болело и, казалось, было похоже на большой отбитый синяк. Он внимательно оглядел себя. «Слава богу, не синий», – подумал мужчина, подтянул повыше штаны, всё время норовящие слезть вниз – даже несмотря на одолженную у Агапии ленту – и зашагал к своей телеге.

День обещал быть жарким, чувствовалось, что лето близко. Местные называли его Ясень. Вскоре он докатил до места схватки. Здесь толпился люд, рассматривающий кровавые пятна на земле. Антон вскользь бросил взгляд, и чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, покатил дальше.

День пролетел незаметно. Привезя, как всегда, три бочки воды, он уже собрался заползти в свою каморку, как его внимание привлёк голос. Он слышал его вчера. Это был Хриплый. Антон, пригибаясь, чтобы его не заметили, выглянул из-за лестницы.

Во дворе стоял здоровый мужик, одетый в добротный кожаный костюм. Тёмно-коричневые штаны обтягивали сильные мускулистые ноги. Высокие сапоги из мягкой кожи достигали почти колен, позвякивали шпорами. Куртка обтягивала массивную фигуру, широкие плечи и едва прикрывала бёдра. По куртке спереди серебрилась какая-то вязь из странных то ли узоров, то ли букв, а сзади на спине скалилась морда медведя. На перевязи сбоку висел меч, а сзади болтался колчан со стрелами. Рядом перебирал ногами крупный вороной жеребец. Он не хотел стоять спокойно, постоянно всхрапывал и норовил встать на дыбы.

– Петро, я вот что-то не пойму, – обратился он к Тюре, который согнулся перед ним в три погибели, – что за гадость у тебя во дворе, что мой Алтух никак не хочет спокойно стоять.

– Ой, – Тюря согнулся ещё ниже, – княже, никак не ведаю, уже и госпожу Чёрную приглашал. Она сказала под землёй что-то, что живность беспокоит, потому и коней не держу.

– Нашел, кого приглашать! – фыркнул мужчина, наморщив свой крупный орлиный нос. – А впрочем, я к тебе не за этим. Ответь-ка мне лучше, к тебе Лесная часто заходит?

– Вы про Хозяйку, что ль? – Тюря, наконец, соизволил посмотреть на князя, чувствуя, что может оказаться ему полезен. – Да вот, намедни была, муку прикупила.

– В общем, так, – князь погладил свою чёрную холёную бороду. – Как придёт, срочно посыльного ко мне, и задержи, насколько сможешь. Сделаешь, кошель серебра твой будет.

– Сделаю, княже, сделаю, почему бы не сделать? – подобострастно закивал Тюря. – Никуда она отсюда не уйдёт, аккурат вас и дождётся.

– Ну, смотри мне, пообещал, – мужчина легко взлетел в седло, невзирая на свои габариты, и указал на мужика плетью. – Попробуй, ослушайся! – и, стегнув коня, вылетел за ворота.

– Конечно-конечно, – кивал Тюря, пока был в видимости князя, но стоило тому скрыться с глаз, развернулся и, шагая к дому, схватился за голову. – Вот дрянь-то какая, – пробормотал он, – и как теперь из этого дерьма выпутываться?

Антон был почти уверен, что Лесная – эта та женщина из леса, не отдавшая князю что-то, о чём он её просил. Теперь этот здоровый мужик решил забрать что-то силой.

Антон никак не мог понять, какое ему дело до всего этого, но что-то не давало ему просто так отмахнуться. Он вернулся в свою каморку и стал ждать часа, когда, следуя каким-то законам, его тело начнёт видоизменяться. Эту ночь он пробегал рядом с замком, надеясь что-нибудь услышать или увидеть. Но вокруг была лишь ночная темень и тишина, изредка нарушаемая чьим-то обиженным потявкиванием или лаем. Ничего не узнав, он вернулся назад, чтобы с утра колесить с телегой за водой.

****

Свою новую знакомую он увидел совершенно случайно – она мыла руки в холодных струях реки. Он протащил телегу к воде и самым непристойным образом уставился на неё. Она, видать, недавно умылась, и теперь капельки воды стекали по её щекам и носу. По виду ей было около двадцати пяти лет. Однако Антон уже понял, что возраст здесь обманчив, и часто не тот, что видим на лице.

Она абсолютно не походила на Диану, но что-то в ней цепляло его. Высокая, статная, сразу видно было – не неженка, и знакома с тяготами жизни в лесу. Волосы светлые с каким-то то ли платиновым, то ли пепельным отливом. Помнится, именно так называла этот цвет Диана, грозясь отцу, что перекрасится, когда тот называл её «смородинкой», отчего она злилась.

У лесной незнакомки были удивительные сине-зелёные глаза, почти, как море, что набирает к тропикам свой необыкновенно глубокий цвет. Она повернулась и стала внимательно рассматривать его.

– Привет, блохастый, – нарушила она первая тишину и внимательно посмотрела на него.

Антон не ожидал, что она тут же раскусит его и смутился. Он хорошо помнил, как сейчас выглядит.

– Что засмущался, яки красна девица? – развеселилась она. – Да, ладно, не стесняйся, Лёха, я же не первый раз тебя вижу, или… – она стала подходить к нему ближе, присматриваясь, – вот это да! – женщина с удивлением таращилась на него. – Ты не Лёха, – наконец, произнесла она, – точно не он.

Антон не знал, что ему делать, она сверлила его взглядом, словно рентгеновским лучом, выворачивая его внутренности, как ему казалось, наизнанку. И что ей теперь отвечать он не знал.

– Ты кто? – снова спросила она.

– Я… – проблеял Антон и замялся, придумывая, чтобы ему соврать.

– Только попробуй, – прошептала она, всё также буравя его взглядом.

И он решился, его уже давно раздирало от необходимости кому-нибудь про себя рассказать. Он устал уже от полной неизвестности, что стеной окружала его.

– Антон, – буркнул он, пятясь от неё, стараясь избавиться от её выворачивающего наружу взгляда.

– Антон, значит, – она перестала напирать на него, – вернулся, стало быть.

– Что значит, вернулся? – он смотрел на неё во все глаза. – Откуда вернулся?

– Да ты же ничего не знаешь, – она рассмеялась колокольчиком, – ничего, узнаешь, – успокоила она его, повернулась и пошла.

– Когда узнаю? – Антону хотелось догнать её и встряхнуть.

– Что не терпится? – переспросила она, и он закивал в ответ. – Ничего потерпишь! Всему своё время, – и пошла в лес.

Антон остался стоять, открыв рот. Он даже забыл, что хотел рассказать ей о произошедшем вчера. Она всё же не выдержала и обернулась.

– Не печалься, блохастый, так надо, всё должно идти своим чередом, иначе быть беде. Боги мстительны, они не прощают, когда кто-то вмешивается в их замысел, – и, махнув ему рукой, исчезла в зарослях, а он так и остался стоять, смотря ей в след взглядом побитой собаки.

****

Отчего-то у него сейчас было чувство, что его только что предали. Устало повесив голову, он побрёл к своей телеге.

«Какие боги? Причём здесь боги? Всё это сплошная ерунда, какие-то отмазки, чтобы просто ничего мне не говорить. А может, наврала?» – спрашивал он у себя снова и снова уже в сотый раз.

Но где-то глубоко внутри точно знал, что нет, не обманывала. Она о чём-то знала, но почему-то не захотела говорить. Он черпал воду, и ему казалось, что бочка бездонная и у неё не будет конца. Потом, словно резина тянулась дорога, и ноги, как назло, стали совсем ватные.

Он кое-как дополз до местной гостиницы, и его внимание сразу привлекли крики, раздающиеся из глубины двора.

– Ах, ты гад! – кричала Агапия, напирая на Тюрю. – Сволота ты, продажная!

Обычно грозный Тюря съёжился и сразу как-то уменьшился в размерах. Он пятился от злой женщины, надвигающейся на него со скалкой в руке. Она, по всей видимости, только что раскатывала тесто, когда услышала что-то, что вывело её из себя и, схватив первое, попавшееся на глаза оружие, выскочила из кухни.

– За кошель серебра продался! – продолжала кричать Агапия, приглашая в свидетели всех, кто случайно проходил мимо или вышел на улицу. – Лесную за кошель продал? Ирод! Тьфу на тебя! Чтоб тебе пусто было! – плюнула она на Тюрю. – Ни секунды у тебя боле работать не буду! – в сердцах сдёрнула фартук и швырнула в Петро, следом полетела и скалка.

И резко развернувшись, пошла со двора, костеря, на чём свет стоит кровопийцу народа. Следом за ней, плюнув для значимости на землю, ушли ещё два мужика.

Тюря недолго безмолвствовал, как только они скрылись за воротами, он весь сразу разом встряхнулся и рявкнул на остальных работников.

– Что рты пораскрывали, а ну быстро за работу! Полашка, ты сегодня за главную.

Мелкая веснушчатая девушка подобострастно закивала и бросилась поднимать скалку и фартук, от которых только что уворачивался Тюря.

– А ты что это застыл?! – заорал он на Антона и размахнулся кнутом, который опять откуда-то появился у него в руках. – Почему воду только привёз, опять дрых до обеда?

Антон стоял и смотрел на его перекошенное от злости лицо и не мог сдвинуться с места. В голове набатом звучал голос Агапии: «Лесную за кошель продал!» Он же хотел предупредить и не сказал, получается, он тоже виноват. Кнут всё же обжог спину. Тело дёрнулось, но он даже не почувствовал боли, смотря в перекошенное от ненависти лицо Тюри.

Отпустив ручки телеги, он повернулся к Петро. Что тот увидел на его лице непонятно, да только мужчина от него попятился. Антон шёл молча прямо на него. Мужик отходил, пока не споткнулся об торчащий из земли камень и не завалился кулём, а Антон прошёл мимо него и вышел за ворота.

Сразу осмелевший Тюря что-то кричал вслед, но он его не слышал, так как целеустремлённо направился в лес, ему надо было подумать. Почему пошёл сюда, он и сам не знал, наверное, хотелось побыть одному.

Там он ушёл к реке и, сев на камень, стал думать. Сидел недолго, монотонный шум воды успокаивал, надо было что-то делать и он, вскочив, почти бегом бросился назад искать Агапию.

Разыскивал долго. Мужики ему не попадались, видимо, в это время были заняты, а встречающиеся женщины с ним не разговаривали, стремясь отойти подальше. Но одна старушка, сжалившись, всё же выслушала его сбивчивую просьбу и, махнув рукой, указала на третий переулок.

Он подходил к дому Агапии со страхом, всё же одно дело косточку втихаря сунуть, совсем другое с проклятым якшаться, однако, Агапия его в очередной раз удивила. Увидев его смиренно стоящую фигурку, смотрящую в окно, она открыла дверь.

– Заходи давай! – И скрылась в глубине дома.

Ему не надо было повторять дважды. Через минуту он замер столбиком в маленькой чистой прихожей, боясь пройти дальше.

– Да проходи, говорю, – прикрикнула она.

– Да я же, вроде как, несчастья приношу, – пробурчал Антон, не в силах поверить, что кто-то его не боится.

– Так меня и саму в народе ведьмой величают! Что ты думаешь, Тюря меня просто так боится? – ответила она, вырастая на пороге.

– В смысле ведьмой? – не сразу понял Антон.

– Входи, не бойся, компотику попьем, да плюшкой угощу. Ты такое вообще наверно никогда не ел?

– Да ел, – отмахнулся Антон, – я по другому делу.

Она вдруг уставилась на него.

– Ты не Лёха, – произнесла вдруг она, смотря ему в глаза, и Антон с ужасом увидел, что её глаза заливает чернота. Он хотел развернуться и бежать, но сильная рука вцепилась в плечо. Пальцы вытянулись прямо на глазах у испуганного парня, стали отрастать когти. – Стоять, – рявкнул зычный командный голос, и Антон замер, теперь уже боясь пошевелиться.

– Вы Чёрная? – с ужасом спросил он.

– Я? – захохотала она. – Нет, я её сестра. Что боишься? – Он испуганно кивнул, и она удовлетворённо усмехнулась. – Не бойся, я псиной не питаюсь. Так кто ты?

Антон раздумывал, чтобы ей сказать, и его второй раз прочитали, как открытую книгу.

– Попробуешь наврать, сразу увижу. Да тебе и резону брехать нет, кто-то должен тебе рассказать, кто ты, и почему шавка.

– Лесная сказала, что нельзя, а то ваши боги, в общем, разгневаться могут.

– На меня? Это да, – она, поморщившись, покивала головой, – они на меня только и делают, что сердятся. Так, начнём сначала, ты кто?

– Антон, – буркнул Антон.

– Сколько годов, тебе Антон? – чернота стала сползать с её глаз, и облик Агапии, добродушной кухарки, вернулся на место.

– Двадцать семь было, когда сюда попал. А сейчас не пойму, сколько уже, – Антон теперь смотрел на женщину с надеждой, может хоть она расскажет, почему он здесь.

– А где твой отец, Антон? – она разглядывала его, будто диковинного зверя.

– Погиб, когда я был маленький, вместе с матерью, – тихо проговорил он. – Во время пожара.

– При пожаре, значит, – она вздохнула. – Так и не ушёл от насланного огня, – женщина о чём-то задумалась. – Ты сын оборотня, Антон, – произнесла она.

– Да это я уже понял! – буркнул сердито парень.

– Не перебивай! – строго прикрикнула она. – Раз спрашиваешь – умей дослушать. – Так вот, отец твой был оборотнем – огромным серебристо-серым волком с голубыми глазами. Равному ему по силе не было в лесах. Женщины уж очень любили его, да он и сам не против был погулять, – она опять на несколько секунд задумалась, словно картинки прошедшей жизни вставали одна за другой перед глазами. – Вот и с моей сестрой он тоже погулял. А она ведь, дурёха, тогда думала, что он её любит и женится, а он, недолго думая, уже в другую влюбился. Однако та гордая оказалась, не подпускала, пока к венцу не повёл. Вот сестрица и прокляла его, пожелав, что счастья ни ему, ни детям его не будет. А потом добавила, что на двух сыновей, будет только один зверь и достанется он тому, кто его всей душой, за то, что с ним произошло, ненавидеть будет. Отец твой тогда посмеялся, не поверил девчонке, женился и вскоре родился у них первый сынок – Лешок. Мать с отцом на него нарадоваться не могли, они для себя тогда решили, что ребёнок у них только один будет, чтобы зверя делить ему не с кем было. Нам всем свойственно думать, что мы самые хитрые, однако, проклятие было запущено, время начало свой отсчёт. Кто-то ночью поджог дом оборотня, когда его не было дома, он бежал, чтобы помочь и вытащить семью, но не успел. Она, спасая сына, выбросила Лешка в окно, что выходило во двор, а сама выскочить не смогла, слишком маленьким оно оказалось. Так и погибла под рухнувшей крышей. А твой отец, не проверив, решил, что они погибли в огне полыхающего пожара. И ничего умнее не придумал, как броситься в ущелье. Охотники видели, как он в прыжке завис над пропастью и рухнул. Но проклятие не закончило свой круг, а потому он, видать, остался жив. Видишь, как бывает, попал в другой мир, чтобы смог родиться ты – второй сын, – она замолчала, опять о чём-то задумавшись.

Бесплатно
119 ₽
Возрастное ограничение:
16+
Дата выхода на Литрес:
17 июля 2024
Дата написания:
2024
Объем:
300 стр. 1 иллюстрация
Правообладатель:
Автор
Формат скачивания:
Текст, доступен аудиоформат
Средний рейтинг 4,9 на основе 77 оценок
По подписке
Текст, доступен аудиоформат
Средний рейтинг 5 на основе 29 оценок
По подписке
Текст, доступен аудиоформат
Средний рейтинг 4,5 на основе 53 оценок
По подписке
Текст, доступен аудиоформат
Средний рейтинг 4,6 на основе 81 оценок
По подписке
Текст
Средний рейтинг 4,6 на основе 14 оценок
По подписке
Аудио
Средний рейтинг 4,7 на основе 21 оценок
По подписке
Аудио
Средний рейтинг 4,3 на основе 6 оценок
По подписке
Текст, доступен аудиоформат
Средний рейтинг 4,9 на основе 268 оценок
По подписке
Текст
Средний рейтинг 4,6 на основе 62 оценок
По подписке
Аудио
Средний рейтинг 4,8 на основе 109 оценок
По подписке
Текст
Средний рейтинг 0 на основе 0 оценок
По подписке